Погубленная добродетелью

– Ну… – Луиза задумалась и продолжала: – А сейчас у тебя мечтательное выражение лица, но ты уже не говоришь о поцелуе с Клиффордом.

Сантино отмахнулся от нее. Речь шла не о поцелуе или Клиффорде.

– Сантино рассвирепел. На мгновение я подумала, что он убьет Клиффорда. Он схватил его за воротник и стащил с меня.

– Он лежал на тебе?

– Хм… Он наклонился ко мне, но дело не в этом. Сантино проявил заботу.

– Ты уверена, что он не просто выполнял приказы твоего отца?

Я помотала головой, не в силах сдержать улыбку и волнение.

– Ты бы видела выражение его глаз.

Сантино ворвался в мою комнату как сумасшедший.

Мордашка Луизы на экране телефона исказилась от страха. Нормальная реакция на убийственный взгляд Сантино. Однако меня переполняло желание к нему. Сердце забилось быстрее, и бабочки вновь замельтешили в животе.

Вот та самая реакция, которую я жаждала.

* * *

– Почему ты сердишься, Сантино? – спросила я.

Мы с Сантино стояли близко, достаточно близко друг к другу. Я вдыхала запах его лосьона после бритья – знакомый аромат, о котором я часто грезила с тех пор, как впервые почувствовала его много лет назад.

В карих глазах Сантино плескался гнев, но это было еще не все.

Сантино выглядел так, словно разрывался между желанием поцеловать меня и убить. Мне, как и любому здравомыслящему человеку, следовало опасаться его ярости, но желание кипело в венах.

Страх был слабее потока желания, которое я испытывала, когда видела разъяренного Сантино. Он напоминал зверя в клетке: дикого, хищного, необузданного.

Он был тем безумным аттракционом, в котором я нуждалась до замужества и политической карьеры Клиффорда. Брак заключит меня в клетку, жизнь превратится в череду обязанностей и приятных поцелуев. Сантино вожделел меня. Может, он не осмеливался себе признаться и, уж конечно, показать, но я видела это по его глазам.

Через несколько месяцев я достигну совершеннолетия, и в глубине души я понимала, что тогда все рамки нарушатся. И Сантино, в конце концов, сдастся.

Я понизила голос до соблазнительного шепота:

– Думаю, мне известна причина. Ты злишься на себя за то, что хочешь меня. Но больше всего тебя бесит то, что Клиффорд поцеловал меня первым.

Сантино мог взорваться в любой момент.

– Ты… – хрипло начал он. – Черт бы тебя подрал. – Он схватил меня за шею и притянул к себе.

Наши губы слились в поцелуе. Воздух покинул мои легкие. Поцелуй был ошеломляющим.