Погубленная добродетелью

Но, с другой стороны, – Анна станет частью его семьи.

– И ты согласился?

– Нет. Он не понимает наших правил, а я не позволю ему устанавливать новые.

Я кивнул. Многие люди в Синдикате уже обеспокоены тем, что союз с Кларками ослабит наши традиции и в конечном итоге принесет нам больше рисков, чем пользы.

Кроме того, меня волновало то, что Анна заслуживала лучшего.

Данте буравил меня взглядом, его глаза практически просвечивали меня, как рентгеновские лучи.

– Я хочу убедиться, что ты защищаешь Анну по правильным причинам.

Я ступал на опасную тропу.

– Я защищаю ее из-за клятвы. Я всегда служил тебе и Синдикату, и это не изменится.

Данте кивнул, но я не был уверен, что окончательно убедил его.

Проклятье. Если бы он просек, что Анна заигрывает со мной, а у меня возникло хотя бы малейшее желание сдаться, он бы использовал мои яйца как рождественское украшение.

Я встал, когда стало ясно, что разговор окончен. Покинув кабинет, я направился наверх. Мне надо побеседовать с Анной.

Я постучал в дверь. Сейчас я предупрежу Анну – в первый и в последний раз. Я закончил играть по-хорошему.

Анна растянулась на кровати, лежа на животе. Она трепалась с Луизой по мессенджеру.

Последнее, что я услышал, было:

– Ты бы видела выражение его глаз.

Если она начнет мечтательно говорить о глазах Клиффи, меня стошнит.

Я ринулся к ней, выхватил телефон из ее рук и выключил.

– Эй! – воскликнула Анна, вставая на колени и пытаясь отобрать телефон.

Я засунул его в задний карман.

Анна бросилась вперед и вцепилась в мой ремень, чтобы подтащить ближе и дотянуться до телефона. Я не ожидал, что она настолько напористая. Мне казалось, она будет испытывать угрызения совести, прикасаясь ко мне вот так.

Очевидно, я ошибался. Ее лицо очутилось прямо напротив моей промежности, пока она пыталась залезть в задний карман моих штанов.

Я взял ее за плечи, оттолкнув на расстояние вытянутой руки.

Она глядела на меня с застенчивой улыбкой.

– Тебе просто следовало бы вежливо попросить, чтобы я потрогала твою задницу, Сынок.

Я сделал шаг назад, прищурившись.

– Именно из-за подобной глупости меня и убьют.

Она вскинула брови.

– Твой отец подозревает, что за моим нападением на Клиффи стоит нечто посерьезнее, чем просто чувство долга.

Анна вскочила на ноги.