Эргархия: Ночная Группа

Сельские домики были разбросаны между холмами на большом удалении друг от друга и едва выглядывали из зарослей. Минут через тридцать мы вышли на окраину села и увидели справа от дороги высокий шест с насаженным на него лошадиным черепом. В глубине заросшего травой участка на склоне горы, поросшей елями, виднелся небольшой домик. В дверях стоял Барбаросса – худощавый желтоглазый мужчина лет двадцати восьми – тридцати с рыжей бородой. За эту бороду он и получил свою кличку.

Мы поздоровались.

– Наш друг из Москвы, – представил меня Помощник.

– Располагайтесь над хатой, – Барбаросса махнул рукой в сторону склона.

Там, выше дома, виднелась плоская площадка. На ней уже стояла одна палатка. Мы с Локкой разбили свою неподалеку от нее. Помощник с Барбароссой куда-то ушли.

Я оставил Локку в палатке, вышел и осмотрелся. Внизу виднелась дорога, редкие домики с приусадебными участками. За спиной остался поросший лесом склон горы. Дорога уходила в поле, а слева от нее тоже рос густой лес.

На часах было уже три, когда нас позвали вниз. Изба, или, как ее именовали, хата, состояла из большой комнаты с деревенской печью и земляным полом, и двух небольших помещений. Центральное место занимал почерневший от времени стол если и не столетнего, то уж никак не менее пятидесятилетнего возраста. По сторонам располагались две лавки, грубо сколоченные из досок. На подоконниках виднелись самые неожиданные предметы: древний чугунный утюг; медные вазы с засохшими травами и огромными колючками вместо цветов; сшитые из лоскутков разноцветной ткани занавески; пучки трав, свисающие с потолка; керосиновая лампа со стеклом, не прочищавшимся, наверное, последние сорок лет; причудливо изогнутые сухие ветви.

В совокупности весь этот хлам объединялся в невероятно утонченную и законченную композицию. На стене висела инструкция по удалению отходов: в директивном тоне предписывалось оправляться не ближе, чем за триста метров от дома, и закапывать экскременты на глубину не менее тридцати сантиметров. Инструкция иллюстрировалась изображением присевшего над ямкой тужившегося небритого мужика.

За столом собралось человек десять: Барбаросса, Помощник, несколько загорелых мужчин и женщин разного возраста – от двадцати до сорока. Локка от обеда отказался.

– Знаю я твои штучки, – проворчал он Барбароссе и пошел наверх в палатку.

Что-то было не так в их отношениях.

Я с интересом рассматривал новых людей.