Эротикон

– Пусть всё будет так, как идёт сейчас, – рассудительно сказала она, – если всем от этого хорошо, какой смысл всё портить?

С тех пор Амбуамбу и Мурашира спали по очереди с обеими женщинами. А если у кого-то возникало желание днём, то и тут никто не получал отказа, поскольку все находились друг с другом в прекрасных отношениях. Прошло немного времени, и животы у обеих женщин заметно округлились, груди наполнились молоком.

– Мы беременны, – сообщили они мужьям, – но не знаем точно, от кого из вас зачали своих детей.

– Не стоит горевать по этому поводу, – отвечал Мурашира. – Я считаю так: раз у нас с Амбуамбу всё, считая жён, общее, значит и дети должны быть общие.

В положенный срок Огиро родила мальчика, которого назвали Петекулем, а Адичаво девочку – Комлало.

3

Мать Огиро не противилась тому, что её дочь стала женой Амбуамбу. «Он хороший охотник, – рассуждала старуха, – моя дочь и я всегда будем иметь с ним мясо в избытке». Однако многое из того, что творилось в доме, ей не нравилось.

«Зачем нам нужна эта приживалка Адичаво? – без конца твердила старуха. – И сынок её негодник, каких мало. Не место им здесь!»

Но никто не желал слушать её бесконечное брюзжание.

Однажды, когда в доме никого кроме них не было, старуха сказала мальчику:

– Ступай со мной! Я знаю место, где растёт множество мескитовых деревьев. Сможешь набрать целую корзину стручков и всласть налакомиться вкусными семечками.

Мальчик сразу согласился. Старуха взяла его за руку и повела за собой.

Путь оказался неблизким. Давно уже скрылась за деревьями их деревня. Вот и река впереди.

– Скоро мы придём? – спросил мальчик.

– Погоди немного, – отвечала старуха, – сейчас доберёмся.

Она взяла малыша на закорки и перешла реку вброд. Оба оказались в роще мескитовых деревьев. Мальчик потянулся за стручками, а старуха вытащила из-под камня заранее припрятанную дубину, подкралась к нему сзади и ударила по голове. Малыш свалился замертво. Старуха вытащила острый нож, разрезала ему грудь и достала из неё сердце.

Потом развела костёр и бросила сердце в огонь. Вскоре оно превратилось в пепел, а старуха сидела рядом, перемешивала угли и бормотала под нос заклинания.

– Ну вот, кажется, получилось! – удовлетворённо произнесла она, когда солнце коснулось своим нижним краем верхушек деревьев. – Теперь можно возвращаться.

Мать Огиро подошла к мальчику, присела на корточки и принялась трясти его за плечо. Тот открыл глаза и с трудом поднялся на ноги.