Кремль 2222. Покровское-Стрешнево

И не вздумай кому-нибудь тренькнуть о золоте – вмиг головы лишишься. Но сначала – языка. Марк лично его тебе вырвет. Понял?

– Я все понял, Великий Стратег. – Федор вскочил со стула, едва не опрокинув его. Приняв стойку «смирно», выпалил: – Я не подведу, Великий Стратег. Служу Капитолию и Когорте!

– Служи. А теперь проваливай.

Сделав небрежный жест ладонью – словно отгоняя муху, – Якуб перевел взгляд на начальника особого отдела. Но заговорил не сразу, дожидаясь, пока Шелест выйдет из кабинета. Когда дверь с мягким стуком захлопнулась, просипел, продолжая смотреть на Малюту неподвижными глазами змеи:

– А ты, Марк, сделай следующее.

Дай команду караульной службе. Если вдруг объявится Латыпов, пусть немедленно задержат и доставят лично ко мне. Попробует оказать сопротивление – пусть не церемонятся. Но убивать не надо – он мне нужен живым. Уяснил?

– Так точно, Стратег, – с готовностью отозвался особист, приподнимаясь. – Может, допросить Шелеста с пристрастием? На всякий случай?

– Пока не стоит.

– Нутром чувствую – недоговаривает он что-то.

– Повторяю для особо непонятливых – пока не стоит, – процедил Якуб. – Мы подумаем и решим.

– Ясно, Великий Стратег. – Марк побледнел, сообразив, что проявил чрезмерную настойчивость. – Все понял. Я пошел?

– Подожди. – Глава Капитолия некоторое время молчал, постукивая пальцами по столу. – Когда вернешься из караулки, сделай следующее. Приведи ко мне лесовичку. Как ее там?

– Глаша.

– Ага, ее… Она хоть чистая? Мыли ее?

– Как и всех арестантов.

Помыли под душем, выдали чистую рубашку, фельдшер осмотрел. Вшей нет.

– Это хорошо. Теперь ступай.

– А куда девку вести? – вкрадчиво спросил Малюта. – Сюда, в кабинет? Или… или сразу в спальню?

Несколько лет назад у Якуба умерла жена. С тех пор для удовлетворения сексуальных потребностей Стратег пользовался услугами рабынь. Начальник особого отдела об этом, естественно, знал, потому что лично подбирал «хозяину» девок.

– Или, – ответил Стратег. – Чуть не забыл – распорядись, чтобы принесли бутылку настойки.

Моей любимой. Ну, ты знаешь…

Когда Марк вышел, Якуб еще несколько минут сидел за столом, погруженный в раздумья. Да, тяжела ты, шапка Мономаха…

С нагрузкой, которая навалилась на главу Капитолия в последний месяц, он раньше не сталкивался никогда. Долгое время он считал, что главная преграда на пути реализации его наполеоновских планов – Стратег Олег. Уберешь его, и все пойдет как по маслу.

Но на деле оказалось не так.