Тим Сваргин. Заколдованное путешествие

– Ничего – сама разберусь.

Втолкнув Тима в его комнату и затворив за ним дверь, Василиса направилась на кухню. Гость стоял у раковины и ощупывал лицо. Услышав шаги, он обернулся и кривая улыбка растянула его шершавые губы.

– Узнала меня, Василисушка? – обойдя стол, он тяжело и неуклюже опустился на табуретку.

Его правая штанина зацепилась за что-то изнутри и треснула. Из дыры высыпались комочки сырой земли, и по кухне разнесся запах сырости. Табуретка, на которую уселся трудовик, застонала и покрылась пятнами мха.

– Не ожидала меня увидеть?

– Как же не ожидала. Я тебя за версту почуяла. Все-таки выследил. Не думала, что осмелишься ко мне заявиться. А ты вон как – за спиной моего племянника. Если бы не Тимофей, я бы тебя…, – Василиса сжала кулак.

– Знаю-знаю, – отмахнулся гость. – Сколько лет тебя знаю, а ты все не угомонишься, все хорохоришься. Думаешь, что никто ничего не замечает? Э, нет. Хозяин каждый твой шаг видит, каждую мысль читает. Ты только подумала, а он уже знает.

«Трудовик» прислонился к стене и попытался принять непринужденную позу.

– Ох уж мне эта человеческая одежа, – прокряхтел он. – Ко всему могу привыкнуть, только не к этим тряпкам.

Он обвел взглядом кухню.

– А ты неплохо устроилась – блюдца-чашечки, горячая водичка. С хлоркой? Бр-р-р! Пироги еще печешь с ежевикой?

Несмотря на деланно беззаботный тон, его глазки бегали по сторонам и следили за каждым движением Василисы.

– А ты значит, теперь у него на посылках бегаешь? – язвительно спросила Василиса. – Не думала, что лесовики опустятся до такого. Видно, очень застращал вас Сципион.

– Ты, Василиса, свои поучения прибереги для маленьких детей. Я тебе не твой сопливый племянник, которому можно сказки рассказывать. Небось, вчера ночью мальчишка не на шутку струхнул? А? Что? Мой Кречет не очень его напугал? Наверно, всю ночь просидел у тебя под юбкой и дрожал как осиновый лист.

– Я догадалась, что это твоих рук дело. Мы очень горячо встретили твою птичку. Кстати, у нас осталась парочка ее перышек – она так торопилась, что обронила их. Жаль, что я ее не застала – сидел бы ты сейчас один в берлоге без своей консервной банки с крыльями.

– Ты говори, да не заговаривайся! – скрипнул Лесовик.