Выше неба

Щетина теперь растёт уже вполне настоящая, и стоит пару дней не проследить – выглядишь начинающим террористом.

Ещё двадцать минут – форма и всё прочее повешены сушиться, есть немного времени перед обедом. Олег вышел в холл, взяв с собой плеер с наушниками, и обнаружил там Антона. Тот сидел на диване, явно наслаждаясь отдыхом, и тоже слушал музыку. Ну или что там у него. Антон кивнул, когда Олег вошёл – и Олег устроился на диване напротив. Минут пятнадцать посидеть, послушать музыку и можно идти обедать.

– Что, Сухоножкин, нашёл себе подружку?

Странно, но Ворошилов вновь в единственном числе. В тот раз его «стая» была чуть не опаснее его самого – желали, видимо, произвести на сына богатых родителей впечатление, разве что не лаяли по команде.

* * *

Олег, как и вчера, «не заметил» Ворошилова – сидел себе и слушал музыку. Ворошилов сделал шаг к дивану и помахал перед лицом Олега руками.

– О, какая неожиданность! – Олег посмотрел в лицо Ворошилову.

– Да пошёл ты! – Ворошилов явно не понимает, как себя вести. – Только тебе с ней ничего не обломится, Сухоруков. Зря стараешься.

– Завидуешь? – снисходительно усмехнулся Олег. – Завидуй, я не против.

– Да у меня таких, как она…

– Слушай, Вошерылов, или как там тебя, – послышался голос Антона – он снял наушники и смотрел на Ворошилова с презрением. – Не мешай культурно отдыхать. Охота языком почесать – иди вон, о стену почеши.

– Да я тебя… – Ворошилов посмотрел злобно на Антона и подавился продолжением фразы. Антон поднялся с дивана; поднялся и Олег, спрятав плеер в карман.

– Моя фамилия Иванов, – сообщил Антон спокойно. – Ну рискни, попробуй что-нибудь придумать.

Ворошилов переводил взгляд с Олега на Антона.

– Двое на одного? – спросил он неожиданно. И Антон, и Олег рассмеялись.

– Вчера в этом холле ты перед ним очканул, – продолжил Антон. – Все парни видели.

– А то что? – видимо, Ворошилов хотел сказать эту фразу грозно и презрительно. Вышло так себе, слабовато.

– А то я вежливо попрошу тебя пойти нафиг – и ты пойдёшь, – пояснил Антон, не отводя взгляда от глаз Ворошилова. Видна та самая растерянность и страх в глазах Игната – точь-в-точь как вчера. – Иди, иди уже.