Тропами Снайпера. Долг обреченных

– Я ведь знаю ваши обычаи. Поговорим, земляк?

– Я не буду ш тобой ховорить, хомо.

– Да как хочешь. Но в этом случае ты не получишь кинжал, чтобы благородно покончить с собой. Знаешь, что произойдет? Я отрублю тебе вторую лапку и ноги – по колено. Чтобы не вздумал убежать и утопиться в болоте. Будешь здесь валяться, как чурбан, и медленно гнить. В результате твое тело заживо сожрут квазимухи. Точнее, их личинки. Фи, какая непотребная смерть. Такие дампы никогда не попадают в Долину Предков. Подумай над моими словами пару секунд.

Мутант тяжело выдохнул, пуская кровяные пузыри. И прохрипел:

– Шехо ты хошэш?

– Я хочу знать, как вы очутились здесь. Вы следили за мной? Ну, рассказывай!

Дамп выпустил из пасти очередной пузырь:

– А ты вернешь мне кинжал?

– Расскажешь правду – верну. Умрешь как настоящий воин.

– Клянешша?

– Твердо обещаю.

– Шештное-блахородное?

– Именно так. Я всегда держу слово. Не веришь, спроси у Бужыра.

– Бужыр помер.

– Я в курсе, присутствовал на поминках. Давай, колись. Знаю, что у тебя проблемы с произношением. Поэтому попробую догадаться. Вы пришли по моим следам?

– Да.

– Что же, следопыты из вас отличные. Догадываюсь, что вы собирались меня убить. Так?

– Так.

Из вывороченных ноздрей мутанта полезла бурая пена. Он вытер ее ладонью и скороговоркой сообщил:

– Хохда ты уништожыл хлан Бужыра, вшэ дампы Мошквы шобрали шходку. И поштановили тебя кажнить.

– Стоп, не тарахти.

– Наверное, так. Дыра была, да… Отдай кинжал. Я вшо шкажал.

Тимур подумал несколько секунд. Информация дампа не представляла особого интереса. Разве что подтверждала подозрение, возникшее раньше: в Московской Зоне у Тимура осталось много смертельных врагов. И некоторые даже сумели проторить тропку в новый мир, в котором очутился парень.

Впрочем, жизнь научила Тимура, что с проблемами надо разбираться по мере их возникновения. Нежданные гости из другого пространства, включая мстителей всех мастей, – явление, конечно, неприятное. Но он и сам здесь в роли гостя, которого никто не звал и уж точно не собирался встречать с хлебом и солью – существовал, кажется, когда-то в России такой странный обычай.