Запасный выход

Лесник ожидал меня у некого куполообразного разноцветного объекта – памятного знака на въезде в республику Горный Алтай. Место приметное и проехать мимо, не заметив этого изыска архитектуры, просто невозможно. Белая, немного забрызганная грязью «Нива», одиноко стояла на обочине расширения дороги. По всей видимости, оно означало парковку для поклонников монументальной архитектуры. Впрочем, присмотревшись, я понял: был несколько несправедлив. Знак напоминал своими формами юрту и вблизи казался довольно ажурным.

Заинтересовала только «роза ветров» сверху. Что именно этим хотел сказать архитектор, было решительно непонятно.

Егор оказался именно таким, каким его описывал Виктор Викентьевич: невысоким темноволосым мужичком в теле, лет пятидесяти, с вполне уже наметившимся животиком и едва заметной раскосиной глаз. Хотя, может, у него конституция такая? Нормально познакомившись, телефонные разговоры за знакомство я не считаю, двумя машинами отправились дальше. Проехать нужно было около двухсот километров все по тому же Чуйскому тракту, до райцентра Онгудай.

А там уже начинались грейдеры и проселки, уходящие дальше в не слишком высокие местные горы.

Купленные в Бийске рации помогли скоротать дорогу разговором, а интересовало меня всё. Ведь именно Егор был, так сказать, первооткрывателем «проема». Я эту историю слышал только в пересказе Третьякова, а хотелось больше подробностей из первых рук. Хотя ничего принципиально нового о том, что происходит по ту сторону, я так и не узнал.

А вот о неприятных ощущениях от перехода слышал впервые.

– Понимаешь, Олег, – мы сразу договорились перейти на «ты», несмотря на разницу в возрасте. Егор, как и все жители глухой провинции, чувствовал некое неосознанное подспудное уважение к столичным жителям. А потому при знакомстве начал разговаривать на «вы», несмотря на то что был старше. Меня такое положение дел не устраивало. Трудно наладить дружеский «контакт» с человеком, который обращается к тебе подчеркнуто уважительно, причем незаслуженно.

Кого как, а меня такое отношение не устраивает по одной простой причине – мне с Егором еще работать. И простые дружеские отношения в такой ситуации – «то, что доктор прописал».

– Понимаешь, Олег, нельзя сказать, что при переходе ощущения особо неприятные. Нет. Просто чувствуешь какую-то встряску во всем организме. Как будто все органы на секунду поменяли свое месторасположение в организме и улеглись как-то по-новому. И, может, более удобно.