Содружество. Начало. Том 1. XXI—XXVIII столетия

«Обалдеть! – подумал я – XXII век скоро кончится, а алкогольные традиции остаются все теми же!»

– А теперь выпьем за нашу прекрасную связистку Эллу – после упоминания этого имени полковник улыбнулся и бросил на нее быстрый взгляд – Чтобы была такой же красавицей, как и сейчас.

– За тебя, Элла – повторил я, стараясь скрыть нахлынувшее смущение, и одновременно с начальником опустошил вторую рюмку.

– Миша! – мужчина подошел к шкафчику и достал оттуда коробочку с синими шариками – отнеси посуду и выпивку назад.

Робот, не сказав ни слова, сложил посуду на поднос, и тихо ушел. Мы остались втроем.

– Так, Владимир, – по голосу трудно было сказать, что полковник был нетрезв – мы с тобой выпьем по одной капсуле витаминного концентрата. Через полчаса будем чувствовать себя так, будто и не пили вовсе.

Он закинул капсулу в рот и запил водой. Я сделал то же самое. С минуту Канарин молчал, затем посмотрел на Эллу и произнес:

– Значит, так, Элла. Вызови из космопорта таксу и отвези майора к ангару.

Она кивнула, а потом – пошла к выходу. После приказа полковник Канарин приблизился ко мне и пожал мне руку:

– Удачи вам, майор Манойлов.

Я поблагодарил его, и вместе с Эллой мы вышли из его кабинета. Мимо нас молча прошел Миша.

Я вызвал лифт. Между нами висело неловкое молчание, и я видел, что девушка хочет его нарушить, но все никак не решится. Пришлось взять инициативу в свои руки:

– Говорят, ты недавно здесь…

– Ну да – спокойно ответила она – Пару месяцев назад пришла.

– А кто тебя надоумил? – с долей иронии задал вопрос я.

– Да никто не надоумил – она слегка усмехнулась и пожала худенькими плечами – Просто хотелось работать связисткой. Я ведь ничего другого не умею.

Этот ответ меня немного удивил. Женщинам в наше время было ненамного сложнее устроиться на работу, чем мужчинам. На любом обитаемом клочке пространства нужна медсестра, а планеты начали между собой настоящую борьбу за робопсихологов, программистов, ученых и так далее.

Тем временем двери лифта открылись. Мы вошли в кабину.

– Ты, мне кажется, привираешь насчет «ничего не умею», не так ли? – я прищурился и коварно усмехнулся.

В ответ я получил невинный детский взгляд, надутые губки и наивно-детское:

– Ну что вы, дяденька! Я не вру. Я, правда, только с приемниками хорошо дружу.