Хранители памяти

Промелькнули приспущенные флаги на покрытых инеем шпилях, затем появилось лицо тихо плачущей жены вождя, которая что-то говорила с умоляющим видом. Насыщенное событиями бодрствование прерывалось тёмными безмолвными ночными паузами. Ничего похожего на сговор и передачу кому-либо тайных знаний Эстабат не обнаружил.

– Твоя семья, Фьифьюч, останется, – сказал адмирал, – а ты пойдёшь с нами. Прощайтесь!

Никто из шагров не тронулся с места. Родственники вождя ещё ниже склонили головы, стенания женщин зазвучали громче.

– Прежде, чем вы приведёте приговор в исполнение, – заговорил Фьифьюч, – я хочу принести извинение Вивьеве. Твоя жена, адмирал, умная и дальновидная женщина. Я должен был откликнуться на её предложение и вступить в звёздное содружество. Пусть она простит меня за то, что я пренебрёг переговорами. Передай ей, что я сожалею.

Адмирал, хмурясь, ждал.

– И я имею право обратиться к своему народу.

– Скорее! – приказал адмирал.

– Шагры! Я совершил роковую ошибку, надеясь, что в союзе с хапсами смогу возвысить нашу нацию. Нужно было идти иным путём. Простите меня и сделайте правильный вывод. Это всё.

Фьифьюч склонил голову и тяжело вздохнул.

Выдержав паузу, адмирал заговорил:

– Слушайте приговор, шагры! Решением императора Эрриклия и представителей наций звёздного содружества с этого момента вы на пять лет лишаетесь права…

Внезапно всё вокруг застелил густой дым.

Глава первая

До полуночи

Вздрогнув, Всеслав проснулся. Лампочка домофона мигала, тихо звучала мелодия вызова. В гостиной было темно, лишь в дальнем углу неярко, в режиме «белая ночь» светилась подсветка аквариума. По подоконнику мерно барабанили редкие крупные капли дождя. Красные цифры настольных электронных часов показывали – 20:16.

Он включил бра и, вытирая со лба испарину, на ватных ногах пошёл к двери. В лицо всё ещё продолжали лететь ослепительно белые шарики – эхо сна. В ушах продолжал звучать отвратительный визг, который режет слух при ударе плазмы в переборку…

«Какая может быть переборка в тронном зале? – подумал Всеслав. – А ещё рядом на полу, я заметил, лежало что-то светло-синее… Показалось, будто это человек».