Прятки по-взрослому. Выживает умнейший

Наконец сидевший за столом молодой человек деловито откашлялся и поднял свой, как он, наверное, считал, пронзительный взгляд на Глебова.

– Глебов Андрей Иванович, – сурово произнес молодой человек, – вы обвиняетесь в умышленном убийстве гражданки Белянчиковой Маргариты Романовны. Кроме того, вы обвиняетесь в незаконном хранении наркотиков. А возможно, и сбыте. Полученные в ходе предварительного следствия доказательства целиком и полностью подтверждают вашу вину. Запираться нет смысла, добровольным сотрудничеством со следствием вы сможете облегчить свою дальнейшую участь.

Глебов на удивление спокойно выслушал обвинение. В принципе, эту часть беседы он ночью так и представлял, слово в слово, кроме разве наркотиков.

– А вы… кто? – спросил он молодого человека, – я думал, следствие будет вести следователь Миленин.

– Капитан Миленин является оперативным работником уголовного розыска, – радостно сказал молодой человек, – а вашим следователем буду я, Алексей Сергеевич Рогулин…

– Рогулин или Рагулин?

– Рогулин.

– Я так и думал, – кротко сказал Андрей.

– Почему? – удивился молодой человек.

– Очень уж похожи… на Рогулина…

За спиной громко хрюкнул Виталик. Андрей оглянулся и поймал тусклый взгляд Миленина, в котором неясно читался интерес.

Следователь Рогулин покраснел, некоторое время помолчал, потом решил не обращать внимания на выходки уголовника, быть выше этого.

Воспользовавшись паузой, со стула вскочил второй незнакомец.

– Вы, Андрей Иванович, хотите, видимо, заявить, что вам требуется адвокат.

Глебов пожал плечами.

– Можете быть спокойны – адвокат у вас есть! И этот адвокат…, – мужчина сделал театральную паузу, – я! Дело ваше, конечно, непростое, но помогая следствию…

Он говорил и говорил, а в ушах у Андрея звучало сказанное тем же голосом:

«… будет просить пятнадцать, я – восемь, а судья даст червонец, как и договаривались! И все довольны!»

– Простите, – прервал он говорливого адвоката, – а к вам как обращаться? К нему, – он мотнул головой в сторону Рогулина, – гражданин следователь, это я знаю.

– Мы с вами, Андрей Иванович, должны быть больше, чем близкие друзья! Ах, да,-спохватился адвокат, – я же не представился! Полока. Борис Львович. Полока – это такая фамилия, белорусская, – объяснил он привычно.

– Понял, – кивнул Глебов, – обычная белорусская фамилия. Про вас еще Высоцкий пел.

– Про меня? – шумно удивился адвокат.