В книге

Та взмыла в небо и у звезды (вероятно, Полярной; скажем так, Вифлеемской) мгновенно распалась от сильного взрыва на сотню таких же, но меньше размером, что вскоре исчезли. Рождество в цифровом исполнении получилось не хуже обычного, разве что чёткость изображения казалась выше, а временами и вовсе неправдоподобной. Как бы усиленной, что ли. Наутро Ослик признался, что с их приездом ему стало лучше.

– Спокойней и проще, известна цель. Карта красивей, – выдал учёный, – куда красивей снимка Google.

Вот и прекрасно, думал Тони. К обеду он снабдил героя возвратной смесью и, пожелав ему успеха, отправил Генри в «новый мир». Вернуться в прошлое несложно – макет обложки вместо книги. Какая, к чёрту, корректура, этапы вёрстки, стать попытка хоть чем-то в жизни, ерунда… Две самодельные открытки – и все дела.

– И все дела? – спросила Эфи, обнаружив, вернувшись из бутика напротив, бездыханное тело выдающегося когнитолога.

– А что тянуть, – ответил Тони. – Пора и нам линять, что скажешь?

– Здесь любопытно.

Ширнесс и впрямь чем-то притягивал. Что-то в нём было такое, как будто город воссоздан для съёмки фильма (а не создан для жизни) и будет разобран – стоит уехать. В каком-то смысле так и будет: закрыв приложение, система тут же чистит память, освобождая место для очередной аппликации.

На самом деле профессор кое-что скрыл от них, как и Джонни в общем-то. Внимательно изучив книгу Наташи Лобачёвой, Локошту знала об этом, и теперь, когда они выполнили Джоннину просьбу, отправив Ослика в 2004-й, решила пооткровенничать с Гомесом.

Согласно исследованию Лобачёвой, Ослик и Джонни были героями одной и той же истории. Джонни врал им, представляя всё дело так, будто он автор, а Генри – лишь придуманный им персонаж. Оба знали друг друга, у них были общие друзья (Вика Россохина, к примеру, из «Виртуального клона»), более того, они и на Марс улетели вместе в тридцать шестом. Оба не вернулись. Так что им было, к чему приготовиться. Возможно, Джо и задумал эту их встречу в Москве четвёртого как некий пролог к грядущему приключению на страницах романа.

– И всё же странно, – изрёк уныло как-то Гомес. – Выходит, нас с тобой придумал тот же писатель, что сочинил Джо и профессора. Наташа? Что-то не помню, хоть убей, Наташи Лобачёвой, Эфи.

– Наверно, есть другой писатель.

– Другой писатель?

– Что ж такого? Писателей всегда хватало. Смотри, у Генри сколько книг.