Раскольники

Губернатор терпеливо выслушал чиновника и тоном, не терпящим возражений, вымолвил:

– Ну как ты не понимаешь, Мишенька! Такое дело, – шанс для тебя. Подумай хорошенько, ведь пойдет оно, обязательно, в послужной списочек. Этакая жи-и-и-рная галочка с плюсом… А что до Минха, то у него свои задачи, и не такой уж он сообразительный, как некоторые.

Салтыков надулся как сыч, а Семенов продолжил:

– Миша, ты просил меня хлопотать за свое освобождение, а сам в кусты. Нет, брат, так не пойдет. Будь любезен постараться для Государя Императора чуть больше положенного.

Старик почесал залысину.

– Вдобавок к заговору, Фон-Дрейер полагает, что проклятые раскольники еще и фальшивые деньги печатают…

– Правда?

Губернатор, вместо ответа, развел руками и наиграно улыбнулся.

Черт! Вот кому было сейчас не до смеха, так это коллежскому асессору. Ну, не было ничего более утомительного и неблагодарного, чем связываться с этими разбойниками! Не-бы-ло! По крайней мере, для самого Салтыкова.

Он уже видел себя скитающимся по лесам, всяким деревням, вязнущим в грязи и лужах. А что еще хуже, – подвергающим свою жизнь опасности. Ведь чем дальше от столицы и от самой Вятки, крестьяне становились, в массе своей, более злыми и не было никакой возможности предугадать, что у этих фанатиков и изуверов на уме, что они будут вытворять в следующую минуту, когда ты повернешься к ним спиною.

Так резонно полагал Салтыков.

– Понятно, – подытожил чиновник, а про себя подумал: я тебе еще припомню, дурак набитый.

– Вот и ладно! – хлопнул по коленке Семенов, – Решено. Отношение я сегодня подготовлю, дадим тебе письмоводителя и солдата для охраны. Так что скучно не будет. Завтра-послезавтра и поезжай. А с Дрейером ты знаком, ежели что – поможет. Это он просил прислать кого посмышленее. Так что сам понимаешь, – кроме тебя некому.

Уже в дверях Николай Николаевич окликнул Михаила:

– Ах да, чуть не забыл! Голова садовая…

Салтыков остановился.

– Вчера получил из Петербурга письмо от дочери!

– И как молодые, устроились? – грустно улыбнулся Михаил.

– Да, все у них хорошо. Машенька передает тебе сердечный привет, а Михаил Федорович еще раз благодарит за оказанную услугу.

– Пожал… ста, – кивнул Салтыков.

Семенов, потеряв интерес к подчиненному, отвернулся и, заложив руки за спину, бодро зашагал по кабинету в сторону широкого окна, фривольно насвистывая.