Ярость

– Сам видишь, – старик широким жестом обвёл двор. – Табором живём, но ничего, ничего…

– А что, с газом проблемы? Или это впрок? – кивнул я в сторону кучи дров.

– Газовый нагреватель ёк, – цокнул он языком. – Что-то там перегорело. Рома ковырялся-ковырялся, но так и не смог запустить.

– И как же вы? Буржуйку, что ли, какую поставили?

– А ты не помнишь? У меня же хитрый агрегат, мультитопливный, жрёт всё, что горит. На дрова переключили, благо есть кому пилить.

– Вижу, как оно есть, – усмехнулся я.

 – Что, помоложе не нашлось помощников, всё сами?

– Отдыхают, – пояснил дед. – О, тебя заметили!

Из дверей выбежала Полинка:

– Папа!

Пока обнимались, подошла бывшая. Меж бровей суровая складка, руки сложены на груди.

– Привет, – в голосе ни капли тепла.

Я набрал побольше воздуха:

– Привет. Такое дело: у нас там взрыв произошёл. Не прямо у нас, а напротив, – поспешил уточнить видя, как меняется выражение лиц. – Но у меня выбило все стёкла.

Пытался заделать, да без толку – в квартире даже снег не тает. Вот, пришёл проситься к вам на постой. Всё понимаю, что сволочь и муд… В общем, был не прав. Но реально больше некуда податься. К соседям никак, у них…

– Ма-ам, ну пусть папа у нас поживёт, – заканючила дочка, не дождавшись конца моего монолога. – Он может в моей комнате ночевать. Ну, ма-ам!

Марина, ещё больше нахмурившись, посмотрела на отца:

– Дом твой, тебе решать. Но мне всё это не нравится, – и, не дождавшись ответа, ушла обратно.

– Не нравится ей, – буркнул Иваныч. – Мне тоже много чего не нравится. Ладно, Сева, раз решать мне, то вот моё слово – поселим у нас в комнате. В Маринкиной половине тебе, гм, не стоит появляться, а у меня места полно. Спать, правда, уже не на чем, ну, что-нибудь придумаем. И ещё – я храплю, тут уж не обессудь.

– Ура-а! – кинулась обнимать дедушку Поля. – Папа будет жить с нами!

– Буду, ага, – я развязал рюкзак, где лежали гостинцы. – На вот, держи – это вам с Артёмом на двоих.

И смотри, сок холодный!

Последнюю реплику пришлось кричать, поскольку девочка уже вприпрыжку неслась в дом.

Я повернулся к тестю:

– Александр Иванович, надо бы разобрать поклажу мою.

– Гляжу, ты к переезду серьёзно подготовился. Компьютер да «плазму», что ли, приволок? – добродушно подначил он.

Я не стал поучать старика, что «плазма» уже вчерашний день, и вообще, обо всей электронике пора забывать.