Ампутация души

«К этому, что ли, сунуться», – подумал Деснин и пристроился в ожидании около кабинета.

Спустя какое-то время в коридор блатной походочкой ввалился коренастый, небольшого роста человек в клетчатом пиджаке, белых брюках и сияющих полуботинках. Он небрежно пнул первую же попавшуюся дверь. Не входя во внутрь, облокотился о косяк и довольно громко, прямо скажем на весь коридор, спросил:

– Э, где следак? Ну тот, что по моему делу. Чего? А, в тридцать восьмом, лады.

Он подошел к указанному кабинету и также толкнул дверь ногой.

– Ну чего, где он? Чай пьет? Я чего, в натуре, ждать его буду? А, ну раз так – тады лады, – и он окинул взглядом коридор, ища место, где бы присесть. Взгляд его упал на Деснина.

– А ты чего вылупился? – начал было он, но вдруг осекся. – Оба на, Колян, ты что ль?

– Да вроде я, – отозвался Деснин, силясь вспомнить, кто же этот субъект.

– Ну ты че, в натуре, не признал что ли? Пересекались пару раз, когда на Аббата пахали. Прикрыл ты тогда меня разок, а я тебе этого не забыл.

Мир тесен, а шарик круглый, ха! И чего ты от Аббата ушел? Он сейчас, слыхал, крупный шишкарь – хапнул при прихватизации. Правда, планка у него, говорят, совсем съехала, ну да черт с ним – ты как здесь?

– По делу, – коротко ответил Деснин.

– По своему али по чужому?

– Да по своему-то – вот вышел недавно.

– Да ну, то-то я тебя давно не наблюдал. Как же тебя сесть-то угораздило? Аббат же отмазать мог.

– Мог, но то долгая история, – нехотя отвечал Деснин.

– Слушай, че-то ты мне не нравишься.

Стоишь здесь как мальчик, правильный какой-то, в натуре… Опа-а, вот и он, следак. Пять сек, Колян, щас я им свой автограф подарю и…

С этими словами Вован скрылся в кабинете. Деснин с изумлением смотрел на закрытую дверь и не знал даже, что и подумать. Не прошло и минуты, как Вован вновь появился на пороге.

– Слушай, – обратился к нему Деснин, – я чего-то не врубаюсь – ты здесь кто?

– Ха! – усмехнулся Вован, – я здесь, – он замялся. Видно было, что он хотел что-то соврать, но потом передумал.

 – Я здесь просто отмечаюсь. Ну прописка у меня тут, сечешь?

– Не понял. А вот это вот все – двери пинаешь…

– А-а, ха! Черт, я ж и забыл, что ты только откинулся. Нет, вот что значит человека из жизни выдрать. Пока ты там, на киче парился, здеся все переменилось. Сечешь? Менты теперь не при делах. Так только, шестерят иногда, когда попросишь. Короче, Колян, не грузись, расслабься. Чувствуй себя как на зоне. Вся эта страна – одна большая кича.