За всё придётся платить. Книга третья. Игры магов

В конечном итоге он не отрицал возможность женитьбы, но вот так, без любви, можно сказать с первой встречной, из корыстных, политических соображений… Риз был противен сам себе. Но на других весах лежали жизни тех, кто пришёл с ним, кто ему доверился и которых он мог спасти. Ему вспомнились слова Церы, сказанные его сестре. – Твоё "хочу", придётся поменять на "я так считаю нужным им". В данном случае – его не хочу следовало забыть.

*

Они мчались сломя голову по извилистому туннелю. Смрадный воздух подземелья мешал дышать, вызывая тошноту.

Их настигали. Он уже слышал в глубине голоса преследователей. Риз из последних сил тащил её вперёд, боясь выпустить слабеющую ладонь. Ещё немного. Скоро должен показаться выход.

– Идём, прошу, не останавливайся. – негромко умолял он, чувствуя, что она готова вот-вот упасть в изнеможении, и тогда всё – колени разобьются о камни, и она не сможет идти сама, и ему придётся тащить её на себе, а с такой ношей далеко он не уйдёт.

– Ах. – и Риз едва успел обернуться, останавливаясь, чтобы подхватить падающую девушку, но сам не удержался на ногах и опрокинулся на спину. Проклятые грани впились в плоть, словно кинжалы. Превозмогая боль, юноша встал на колени.

– Ты цела?

– Я больше не могу. Не могу, беги один.

– Вставай. – он нащупал в темноте её голову и принялся целовать её мокрые глаза и сухие губы. – Прошу, вставай. Уже скоро.

Он помог ей подняться, и они устремились дальше.

– Туда! – радостно вскрикнул Риз. – Смотри, видишь, там парус.

В проёме белел парус. Корабль. С него уже прыгали люди и бежали в их сторону, желая помочь. Внезапно её рука выскользнула из его ладони и что-то упало сзади него. Он опустился на колени и ощупал, бьющееся в конвульсиях тело.

– Нет! – закричал Риз, почувствовав на пальцах что-то горячее и липкое. – Нет. – снова закричал он, и тут острая, обжигающая боль в животе оборвала его вопль.

*

– Вставай, маг, они прибыли.

Цера осторожно толкнула его в плечо. Юноша открыл глаза и осмотрелся, сбрасывая остатки сна.

– Ты как? – прогундосил он, желая осведомиться о её здоровье и ловя себя на мысли, что похоже, сам простыл.

– Я-то в порядке, а вот ты кажется того… Надо было вчера самому надраться, глядишь, и не заболел бы.

– Мне бы, – юноша сипло закашлял, – молока горячего.