Культ

Ничего особенно страшного не было в здешних улицах с разбитым асфальтом и глубокими лужами, в низких домах, угрюмо светящих в ночи темно-желтыми окнами, в редких кривых деревцах вдоль тротуаров и в темных дворах, где угадывались очертания покосившихся железных качелей на детских площадках, но все равно казалось, что идешь по городу, захваченному зомби или кем пострашнее. Даниил плотнее прижимал к себе сумку с планшетом. Макс, разумеется, возможности добавить жути не упустил:

– Вон там месяц назад пацана изуродовали, рот порвали и в жопу кусок арматуры засунули; вот тут один наркоман жил, его мать зарезала; а вот в этом доме на третьем этаже Машка живет, которая с сиськами, ей восемнадцать уже, я с ней мутил в прошлом году, пока к ней парень из армии не вернулся…

Даже если делить все это на два, звучало впечатляюще.

– На Зону из Dead Horror похоже, – пробормотал Женя, – жаль, у меня огнемета нет или лазерной пушки, не помешало бы.

Когда они миновали Слободку, все вздохнули с облегчением, кажется, даже Макс. Вышли на проспект и сели в маршрутку, чтобы доехать до старого порта, западной окраины города. Даниил ощущал себя отважным авантюристом, отчаянным смельчаком, пустившимся навстречу приключениям, а когда думал о том, что будет, если отец вдруг решит позвонить родителям Макса или, например, попросит Андрея подняться в квартиру и проверить, чем там занят сын, то по коже бежали мурашки и внутри все сводило от ужаса и восторга.

Город закончился; позади них были полуразваленные ангары и железные павильоны станции Сортировочная, от которой куда-то в леса уходила узкоколейка. Налево через виадук убегало шоссе, а справа и дальше, за давно опустевшим поселком, ярко светили по тьме сине-белые прожектора на строительной площадке. Из холодного влажного мрака доносились дальние гудки тепловозов, будто механическая нежить тоскливо выла в ночи, и протяжно вздыхало рядом с близким краем земли море: вечно беспокойная тьма за границами мира.

– Нам туда, – показал Макс рукой в сторону прожекторов.

Женя включил лампу, и очень кстати: дороги в обход не было, только неровные осыпи из каких-то обломков, песка, торчащих железок, среди которых с трудом удалось отыскать тропу, ведущую на невысокий холм, наполовину поросший лесом.