Рыскач. Битва с империей

По размерам, страшно представить, что тут творилось. Да и вообще – странный лес. Не видел следов от больших зверей, птицы редко встречались и все больше мелкие. А ночами и вовсе тоску лес навевает, не ухает филин, нет подозрительного рева, да что там рева, шорох и тот только от ветра! И только обглоданная кора на деревьях, да еще часто вспугиваем стаи зайцев. Лес, в котором живут одни травоядные – мягко скажем странен.

– Вышли, – выдохнула Турвана, когда впереди забрезжил просвет среди деревьев.

На опушке леса, ну не совсем на опушке, устав от скитаний по буреломам, от деревьев отошли метров на триста и устроили привал.

– Только не заяц, – обреченно произнесла баронесса.

– Лучше заяц, – буркнул я, пряча один из кинжалов в сапог, и всматриваясь в поднимающуюся пыль над дорогой.

Мы отлично просматриваемся с дороги, а вот вернуться под защиту деревьев вряд ли успеем. Поздно я заметил всадников, кои приближаются быстро. Проскачут мимо? Какое им дело до двух путников, устроивших привал. Увы, осадили коней и рассматривают нас, мирно сидящих на траве. Четверка конных, камзолы грязные, рожи не бритые, оружие – мечи и у одного арбалет. Радует что не маги, но с этими вряд ли справлюсь, а на баронессу надежды мало.

– Рэн, если что, то на мне арбалетчик, – прошептала Турвана.

Чуть заметно кивнул – понял. Удивился, правда, но вида не показал.

Вот черт! Нами заинтересовались! И грамотно рассредоточились: арбалетчик стоит на месте, а тройка конных охватывает нас в кольцо.

– И кто это тут у нас? – спросил мужик со шрамом на правой половине лица.

– Путники мы, – придерживая ворот камзола, чтобы не отсвечивал ошейник, ответил я.

– Ты может и путник, а вот баба уже не путница, а наездница! – оскалил второй бандит рот, показывая свои недостающие зубы.

Да, это не патруль и не благородные господа, на лицах сальные ухмылки и по одежде, явно с чужого плеча вывод однозначен.

– Кривой, – обратился к бандиту со шрамом его подельник слева, – давай ужо торопиться, а то вскоре ребята подскачут и…

– Молкни, Крест! – огрызнулся на него главный в этой группе.

А вот про остальных можно было бы и подробнее.