Поисковик. Белый замок

Честно говоря, не ожидал такого поворота, все всегда считали, что артефакты контролирует королевство, как и прием мурана с магическим песком. Получается, все под эгидой этого непонятного альянса, корни которого уходят далеко наверх.

– А если я сам решу создать мастерскую по производству артефактов? – решил уточнить я.

– Не получится, – спокойно ответил тот, а потом пояснил: – Без патента, лицензии законно не откроешься, а с нарушителем закона все просто, – Артух чиркнул себя ребром ладони по горлу.

– Веним, его четочки разряжены, – довольно прошипела Шипка.

– Отлично, – вслух сказал я и резко встал. – Филин мой где?! – вытащил револьвер и наставил на своего собеседника.

– Вениамин, не делай глупостей, – покачал Артух головой. – Ты мне ничего не сможешь сделать, потому…

Делаю два быстрых шага и левой бью своего оппонента в скулу. Красиво он к стене отлетел, а вот шарить руками в карманах не стоит. От души и со злости бью ногой в область живота, тот пискляво заскулил и рухнул на пол не успев подняться.

Да, может это и не по светски устраивать драку, да еще и лежачего добивать, но не ждать же пока сам окажешься в таком положении! А другого не дано, тут или ложиться под этих хмырей, либо биться, заведомо настраивая себя против всех. Каковы последствия? Сложно представить, но явно ничем хорошем это не закончится в любом случае.

– Что ты говорил про то, что ничего не смогу сделать? – спросил поверженного противника, обыскивая того.

Моей добычей стало не так много: банковская книжка, револьвер с укороченным стволом, десяток гуров и, по наущению Шипки, четки с его руки снял. После чего взял за шиворот и оттащил на середину комнаты. Артух стонет, глаза закрыты, ничего не говорит и даже не матерится. Похлопал того по щекам – никакого эффекта, без сознания он.

– Черт! Какие мы нежные! – сплюнул в сердцах.

– Ты пожалеешь, – прохрипел тот, приоткрыв глаза.

– Посмотрим, – пожал плечами и, мило улыбнувшись, спросил: – Отвечать станешь или я на минутку тебя отдам своему песику и змейке. Поверь, все из тебя выбьют, да так, что и смерти позавидуешь.

– Да пошел ты! – ответил тот.

– Черныш, Шипка, он ваш, – сказал я и направился в ванну, чтобы сполоснуть кровь с разбитых костяшек.

Умывшись, вышел и осуждающе покачал головой.