Камарад

Да и что военные? Их оружие даром никому не нужно, да и не оружие оно уже, просто металл. И, тем не менее, они составляют то неизвестное, от которого хочется держаться подальше. Могу голову прозакладывать: как только началась эта вакханалия с изменением орбиты и выхода из строя боезапаса, у ученых умов в военном ведомстве дым стоял коромыслом, да он и по сей день там наверняка стоит, если кто в живых остался. Однако, что-то о них ничего не слышно, затаились…

– Ну, ты согласен? – больше утвердительно, чем вопросительно спросила девушка, поднимаясь и делая осторожные шажки.

– Вечер скоро, – поднял я глаза к небу, – не мешает и перекусить. Ты как на это смотришь?

– Покушать можно, – кивнула та головой.

– Вот и отлично, поедем в тот лесок, – указал рукой в сторону, куда Вика пыталась довести самолет и, поймал себя на мысли, что во времена «до» такая фраза вызвала бы у девушки одну мысль, и мы бы или поехали или пошел бы я…

Банка тушенки разогретая на костре и перемешанная с вареной картошкой – красота.

– Почти сутки не ела, – как бы извиняющее, произнесла Вика и мечтательно добавила: – Эх, сейчас бы кофейку испить!

– Увы, чего нет – того нет, – развел я руки в сторону, вытаскивая флягу. – Виски мэм?

– Это самогон! – наморщила та нос.

– Ага, он родимый! – усмехнулся я и достал два стакана, куда и разлил янтарную жидкость, воняющую резким спиртом. Этот запах не смог заглушить можжевельник, на котором настоян данный напиток.

– Воды бы еще, тут же градусов шестьдесят, – попросила Вика.

– Не, меня уверяли не ниже семидесяти, – усмехнулся я и плесканул воды в третий стакан. – Ну, за знакомство?

– За спасение, – чокнулась со мной стаканом девушка.

Эх, хорошо! Тихий вечер, шум костра – идиллия, если не сказать романтика. Огненная жидкость прокатилась по пищеводу и оставила после себя неприятный привкус на губах и в горле, что поделать, настоящая алкогольная продукция редкость и ценится дорого.

– Так откуда летела-то? – вороша дрова в костре, спросил я девушку.

– У нас, вернее в нашей лаборатории, имеется связь с таким же базами. Ученые обмениваются между собой данными и строят предположения…

– Сколько вас там? – перебил я ее.

– Вместе со мной – тридцать человек, из них десять охранников. Сам понимаешь, себя причислить к ученым и охране не могу, я у них работала посыльной.