Живучий: Живучий. Дальняя застава. Игра в прятки

– Селея, идем, я хочу, чтобы ты на это взглянула. – И он потянул ее  за собой.

Но та практически не соображала. У нее в сознании был только насмешливый взгляд этого дикаря.

– Селея, – наконец услышала она обращенный к ней голос, – посмотри.

И только тут она поняла, что стоит в подлеске, а перед нею лежат четыре тела.

– И что? – спросила она, все еще думая о своем.

– Соберись, – строго сказал ей Керанос, – и посмотри на этих тарлоков…

Селея все-таки отбросила мысли об этом тупом дикаре в сторону и посмотрела на тела.

– Верховный шаман, – пораженно произнесла она, – и три старших. Но как?

И она взглянула на своего дядю.

Даже один верховный шаман мог поддерживать поле сколько угодно времени, а тут их четверо.

– Я не понимаю, – и она перевела свой взгляд сначала на тела, а потом на поляну.

– А ты взгляни на это, – сказал Экос, показывая ей на шею одного из старших шаманов, – ничего не напоминает?

– Как у северянина? – тихо спросила девушка.

– Я уверен в этом, по крайней мере, у того, что я видел в теле того тарлока, – и он указал на поляну, – и у этого ножа рукояти одинаковые, – сказал ее  брат.

– Так, получается, не было никакой случайности, это он убил шаманов, и после этого щит подавления магии спал.

– Только дошло, – хмыкнул ее  братец, а потом добавил: – А ты в него кошельком швырялась.

И помолчав, уже вполне серьёзно сказал:

– Ты его оскорбила, и он в ответ сделал то же самое, но на свой манер.

Керанос немного помолчал, над чем-то раздумывая, а потом произнес:

– Идем.

И выходя на поляну, он скомандовал остальному отряду:

– Там еще четверо, обыщите.

Бойцы пошли выполнять его приказ. А сам же он направился к тому месту где этот непонятный чел бросил кольцо. Осмотрелся, заметил его и поднял.

– Ничего себе, – пробормотал он и протянул его сначала Экосу и только потом дал посмотреть Селее.

– Что скажете? – спросил Керанос.

И девушка, и  ее  брат лишь пожали плечами. Тогда Керанос, вздохнув и посмотрев на них, начал пояснять:

– Похоже, это самая дорогая вещь, которая у него была. Видимо, обручальное кольцо его матери. Семейная реликвия. Очень дорогая. Я, конечно, не уверен, но это или изделие подгорных мастеров, или, вообще, работа древних.

– Что? – поразился Экос. – Да у нас даже у князя такого нет.