Перекресток

– Да я понимаю, – махнул рукой маг, – дело молодое. – И он как-то хитро посмотрел сначала на девушку, а потом на меня. – Ты сама-то никогда особо не питала интереса к древним реликвиям. – И было не очень понятно, что этот пожилой гоблин, с явной долей юмора сказал: то ли он имел в виду артефакты, находящиеся в хранилище, то ли себя, обитающего там же.

– Вы правы, мастер, – склонила голову девушка. – Вот, хотела показать своему… – Она запнулась, но быстро договорила: – Одному из членов нашего отряда, как выглядят артефакты предтеч, мы его снаряжаем в столицу, вдруг что-то попадётся.

– Ну-ну, – опять усмехнулся гоблин и, глядя на меня, спросил: – И как же ты их отличишь от чего-то другого? Они от обычных-то артефактов ничем внешне не отличаются.

– Ну а вдруг? – пожал я плечами.

– Ну, пойдём, – махнул рукой Гшод, не очень поверив в мои возможности, сказал: – Поглядишь, как они выглядят. – И хитро подмигнул, кивнув на девушку: – Ты это, цени такое, коль она для тебя смогла добыть разрешение у своего отца.

Я удивлённо посмотрел на Караю.

– Я работала помощницей мастера Гшода, – пояснила девушка.

– Понятно, – кивнул я.

Дойдя до какой-то двери, гоблин достал связку ключей, в каждый из которых была вплетена какая-то магическая структура, и открыл проход в длинный тёмный коридор, по спирали уходящий куда-то вниз. По нему мы и пошли.

«М-да, капитальная тут защита», – проходя мимо очередного внедрённого в стену плетения, подумал я.

Сюда я даже если бы очень захотел, так просто попасть не смог бы. Пришлось бы разбираться с таким количеством отключаемых аурой старого гоблина плетений (похоже, он служил ключом, который деактивирует вложенные в стены, пол и потолок структуры), что только на один этот коридор я потратил бы не меньше пары дней.

Но это было, как обычно, далеко не всё. Дальше нас ждала ещё одна дверь, и сделана она была из чистого адамантита. А за ней, как оказалось, и всё хранилище – стены, пол, потолок, – всё было облицовано пластинами из этого редкого и нереально дорогостоящего металла.

«Обалдеть!» – подумал я, оглядываясь внутри. Вот оно, самое неэффективное и непрактичное использование адамантита. А я-то всё думал, почему не могу почувствовать никакого отзвука хранящихся здесь артефактов? Ответ оказался прост. Эта комната была настоящим изолятором и сейфом. И плохо будет тому, кто сюда сумеет забраться. Он тут и останется.