Перешагнуть пропасть: Клан. Союзник. Мир-ловушка

Но сейчас это были одиночки.

– Все, мы уходим, – доложил мне Кург, – удачи, глава.

– И вам, – пожелал я им на прощание и проследил за тем, чтобы они все покинули уровень с загонами для рабов.

Для проформы подежурив тут еще минут десять и дав им возможность добраться до внешнего шлюза станции, я развернулся и полез дальше. Мне не было необходимости выбираться куда-то еще. Из этих туннелей я мог добраться прямо до офиса посредника. И не просто добраться до них, но и попасть внутрь. Что я и собирался сделать.

Станция Пелена.

Деловой центр станции.

Тридцать минут спустя

Ларх Шод сидел в своем кабинете и с ужасом смотрел на главу того десятка людей, что расположился тут же. Вернее, в его кабинете сидело лишь двое. Остальные разбрелись по дому.

– Вы уверены, что они придут за мной? – спросил он у главного в этом отряде, высокого худощавого мужчины со спокойным, безмятежным и даже каким-то равнодушным лицом, которое, правда, периодически морщилось при взгляде на него.

И Шод понимал, в чем дело. Он по сравнению с этими машинами для убийства совершенно не смотрелся, и, видимо, главный в присланной группе до сих пор не мог понять, почему их босс связался с этим упитанным и малодушным толстяком.

Но в этом-то все и дело: их боссу, который засел на другой станции, и нужен был такой, как Ларх, посредник с огромным количеством связей, как тут на территории Фронтира, так и в самом Содружестве. Хотя вот о самих прибывших Ларх ничего не знал. Конечно, он прекрасно представлял, на кого они работают, так как и сам работал на него же.

Но вот откуда у их босса могли появиться такие люди, он не мог понять. Все сколь-нибудь значимые отряды в этих секторах были буквально наперечет, и Ларх мог выйти на любой из них. Но не на этих.

Те, кто сейчас находился перед ним, были людьми совершенно другого уровня, это он мог определить на глаз, как профессиональный рекрутер.

– Да, – между тем, ответил главный и, немного подумав, добавил: – они уже пришли.

– Так это же хорошо? – обрадованно спросил у него человек в кресле.

Говоривший поморщился.

– Это очень плохо. Так как мы не знаем, сколько у них людей.