Незримый союзник

По его распоряжению…

И Сибия дрожащей рукой указала в сторону гнома.

– Ну вот, – отпихнув испуганную девушку в сторону так, что она отлетела к стене своего небольшого кабинетика, уже совершенно спокойным голосом произнес Прохиндей, – она говорит, что нам известно все. К тому же еще и это…

И человек вновь указал на артефакт, о котором гном уже и забыл.

– Он нам тоже кое-что рассказал.

И человек очень добрыми и всё понимающими глазами посмотрел в сторону Никаквеца. И казалось бы спокойным голосом у того спросил:

– Так на кого ты работаешь?

Гном даже не сразу среагировал на этот мягкий и негромкий голос.

Только вот в следующее мгновение сильные руки человека выдернули его из кресла и начали трясти прямо в воздухе.

– Кто тебе платит, тварь? Что за интерес у тебя к этим людям? Кому ты передал информацию?

И так по кругу, только в разных вариациях.

Никаквец ничего не понимал. Чем он мог привлечь внимание не кого-нибудь, а именно тайной стражи гильдии. А этот человек явно был оттуда.

Хоть он и не слышал о том подразделении, что назвал неизвестный, только это ничего не меняло. Чересчур уверенно тот себя чувствовал и вел. Будто он был вправе это делать.

И потому в голове гнома крутились лишь две мысли:

«Почему именно тайная стража? Я лично не делал ничего, что могло нанести прямой вред гильдии».

Гном занимался исключительно финансовыми аферами, и те касались лишь некоторых из их клиентов, которые бы никогда не стали предъявлять какие-то претензии гильдии.

«Тарк, – мысленно прошептал он, – среди них могли оказаться доверенные люди главы, те, кто работает непосредственно на него.

Додумать гном не успел.

– Так кому ты передал информацию по караванщику Губону? Кто им интересовался. Мне нужны имена. Как выйти на этих людей?

«Вот оно, – сообразил гном, – я влез в их дела, и поэтому они проявили ко мне повышенный интерес. И тогда же они вышли на эту дуру».

Этого караванщика его люди почистили приблизительно две недели назад.

Правда, ничего особо ценного у того при себе не было, кроме нужных ему бумаг и каких-то личных писем.

«Письма, – стало доходить до гнома, – они могли быть зашифрованным посланием. Но ведь я их еще тогда уничтожил и никому не передавал. Только теперь этого не докажешь. Их же у меня нет».

И гном затрясся.