Лекарство от долгой жизни

Поэтому гостям были предложены медальоны из говяжьих мозгов с взбитым сыром в обрамлении аппетитных жа-

реных гренков, телячьи «фляки» с белым соусом, распространявшим специфический аромат мускатного ореха, перца, майорана, салат из раков с сельдереем, осетрина с соусом из хрена.

– Так вот, мой клиент краем уха услышал о готовящейся продаже крупной доли этой компании… – продолжил Шумилов и замолчал на полуслове.

– Ну-у… – Герман Густавович озадаченно покрутил головой. – Я не знаю, откуда у вашего клиента такие сведения, лично я об этом слышу первый раз.

можно даже сказать – крупнейшая на Волге. Началась она с небольшого пароходства в Астрахани – возили арбузы. Было это с четверть века тому назад, году, эдак, в шестьдесят четвёртом или пятом. По-

том расширились, стали выходить в Каспий, далее в Урал. Принялись возить нефть, которую на Каспии Нобель качал, зерно, лес – всё, что можно. Теперь у них в каждом крупном порту по Волге свои

пристани со своими же запасами угля, а это, как вы понимаете, резко увеличивает рентабельность, потому что они сами заправляют свои суда.

возить донбасский уголь, в Кривом Роге большой потребитель его. Чтобы продать свою долю в таком деле нужно… ну, не знаю… быть полным идиотом. Это как продать курицу, несущую золотые яйца. Могу сказать одно: даже если какая-то доля и будет продаваться, то никому постороннему её купить не удастся.

– А если кусок жирный, не проглотят? Если доля в миллион, в полтора миллиона?

– Проглотят! – уверенно парировал Эйлер. – Для такого-то дела не найти полтора миллиона? Что вы, окститесь! В чулке, конечно, полтора миллиона не лежат, разве что у какого-нибудь безумного помещика, но всегда можно договориться о взаимоприемлемых условиях оплаты: оговорить рассрочку, взять кредит, наконец.

В дальнейшем к ним присоединилась и сестра, в замужестве Сичкина. Она пришла в компанию со своим капиталом и мужем; разумеется, попросила долю в прибылях.

– Когда это произошло? – уточнил Шумилов.

– Году, эдак, в семьдесят третьем, давненько уже, лет пятнадцать тому назад. Сейчас компанией реально управляют один из братьев, Степан Дубровин и тот самый Сичкин, муж сестры.