Игра знамёнами. Часть первая: «Крамола земная»

Большая часть ночи прошла спокойно. Тишину нарушали только лошадиное фырканье и лёгкое потрескивание углей в тлеющем кострище.

Громкие крики разбудили Всеслава под самое утро.

Картина, которая предстала перед его глазами, соответствовала самым худшим ожиданиям. Она во многом напоминала сцену, которая недавно разыгралась под Плесковом.

Друг напротив друга стояли два отряда. Больший состоял из лесовиков, уже одевших свои снегоступы, меньший – из кметей. Последние сжимали в руках снаряженные к бою луки.

Князь про себя похвалил предусмотрительность сотника.

При виде Всеслава Кацап скроил недовольную мину.

– Отпусти нас, кнез! – крикнул он, не дожидаясь очевидного вопроса. – Сам погибнес, и нас хоцес погубить!

Тот проигнорировал обвинение и какое-то время молча смотрел на лесовика.

– Скажи мне куда ты хотел бежать, Кацап? – спросил он наконец. – Ведь среди твоих никто не знает этих земель.

– Куда угодно – огрызнулся лесовик – подальсе от твоей неудаци! Твои боги отвернулись от тебя! А насых богов здесь нет!

Вот так.

– Я же дал тебе клятву, Кацап – попытался князь воззвать к его алчности. – Я обещал привести тебя к добыче. И я приведу.

Ватажник скривил такую рожу, по которой всё было понятно без слов – тут не до добычи – живыми бы уйти.

Значит, оставалось действовать силой.

– Ты не уйдёшь, лесовик! – грозно сказал князь, отбросив уже набившую ему оскомину дипломатию.

Последний бросок зерни был сделан.

Если кудеверичи сейчас решатся переступить черту – они все полягут. Но тогда и его дружине, скорее всего, суждена гибель в этих снегах.

Лесовики принялись совещаться. Похоже, умирать здесь им совсем не хотелось.

– Есть один способ – наконец сказал Кацап. – Цтобы вернуть твою удацю, надо принести зертву богам.

Князь облегчённо вздохнул. Они и вправду отыскали приемлемое решение. Что такое одна жизнь против нескольких сотен?

Но он не дослушал.

– Твоего сына Волха – закончил лесовик. – Он всё равно не зылец. А богам понравится кровь соколовиця.

Князь обомлел.

Предложение было наглым – хотя чего ещё можно было ожидать от древопоклонников? – но не лишённым рационального зерна.