Игра знамёнами. Часть первая: «Крамола земная»

 – Два мне и один – князю!

Средний Соколович мысленно присвистнул. У набольшего то аппетиты – будь здоров!

От таких запросов обомлели и все остальные послы. Кроме, естественно, самого Вышаты и задавшего вопрос боярина.

– К нашему глубочайшему сожалению, многоуважаемые послы, – ответил он – сейчас во всех полочанских землях не сыщется столько золота.

Ухмылка с лица Вышаты тут же сползла. На смену ей начала проступать недовольная гримаса.

– Может быть, вы согласитесь взять им третью часть? – тут же поспешил продолжить его оппонент.

Лица всех присутствующих повернулись к набольшему.

– Серебром вдвое больше! – тут же нашёлся Вышата. – Песцом втрое, а стеклом – вчетверо!

И тут эти двое, словно заправские купцы, принялись увлечённо друг с другом торговаться. На окружающих посыпалось множество самых разных цифр – от стоимости стекла на новоградских торжищах, до красной цены песцовой шкурки в базарный день в Цареграде.

Этого Святослав понять не мог – разменивать собственного отца на мех или глазки, он бы не стал не при каких обстоятельствах.

Но видимо у Малевичей были другие нравы. А на чужое капище, как известно – со своими идолами лучше не соваться.

Хотя… Говнята есть Говнята.

От всего происходящего на их глазах Военег и Роговолд имели настолько оторопелый вид, что можно было не сомневаться – их роль в переговорах на этом закончена.

Как, похоже, и у Святослава с Дружиной.

Всем четверым оставалось только молча наблюдать, как торгуются между собой эти двое.

Зубр и пасюк. Забавно.

Ну и пусть им. Главное – дело сделано.

Наконец, уже начинавший всем казаться бесконечным торг закончился – стороны ударили по рукам.

Всеслав должен был передать полуденцам берковец золота, столько же серебра, а также вдвое больший объём песцовых шкурок и стеклянных глазков.

– Я передам ваши условия нашему князю – важно заявил Военег, явно довольный тем, что переговоры, наконец, завершились.

Средний Соколович облегчённо вздохнул.

– Когда и где мы получим ответ? – тем не менее, тут же уточнил он.

Воевода сомкнул кустистые брови и наморщил лоб в недолгом раздумье.

– Через седмицу. На этом же месте.

Начало весны. Оржа

– Это что же – кончилась правда в правдивых землях?! Одна кривда осталась?!

Вячко даже захлебнулся от охватившего его возмущения.