Аурлийский цикл. Книга 3. Война плащей

Вчитываясь в строки, он старался как можно лучше понять своих будущих врагов. Оценить их слабые и сильные стороны. Подбирая струны, за которые в случае чего можно было бы потянуть, инквизитор встретил первые лучи утреннего солнца.

Потушив догорающие свечи сухими от постоянной работы с бумагами пальцами, он опустился на колени перед висящим на стене символом Создателя. Из рукава появились молитвенные четки с изображением ветвей священного древа. Повторяя молитву, он каждый раз переходил от бусины к бусине, пока наконец не прошел полный круг.

Покончив с утренним ритуалом и отправив ворона в Ортос, инквизитор направился в сторону герцогского дворца. Четыре воина в масках очерчивали вокруг него безопасный периметр, не позволявший никому постороннему приблизиться к служителю церкви.

Герцога он нашел в тронном зале. С прибытием инквизитора в город жалоб на ущемление прав и других подобных обращений стало так много, что Генри Корду приходилось начинать прием еще ранним утром. Грифитсу повезло, и вместе с герцогом он застал и кардинала. Ева Харт не нравилась инквизитору.

Во-первых, эта женщина преследовала своей целью исключительно увеличение собственной власти. Во-вторых, до сих пор остались невыясненными причины, по которым экспедиция адмирала Хариса не была остановлена и почему кардинал проявила медлительность в исполнении полученного приказа.

– Герцог Корд! – Инквизитор склонился в почтительном поклоне.

На лице герцога отразилось плохо скрываемое отвращение. Этот церемониальный жест давно уже стал формальностью. Фактически вся власть в городе принадлежала инквизитору, и это понимали даже уличные попрошайки.

– Чем еще могу служить святой церкви? – Постаревший за один год лет на десять Генри Корд устало закатил глаза.

– Блудные дети вернулись в родной дом. Необходимо принять соответствующие меры, чтобы достойно встреить дорогих гостей.

– «Отчаяние»?

– Разве есть другие варианты? Мы одни в этом мире, этот факт стоит закрепить в голове как догму, – вскинул брови инквизитор, начинающий думать, что ересь адмирала Хариса могла проникнуть в сознание правителя этих земель.

– Удалось кого-то опознать? – спросила кардинал Харт, и ее голос показался встревоженным.