Господин Дадли приезжает в Москву

В левом ряду вместо двухэтажных недоразумений властвовали элегантные спортивные седаны, а на джипах ездили те, кому это реально нужно: фермеры и бандиты. И, кстати, мир был гораздо безопасней: остановив машину, полиция могла спокойно надеть наручники на всех, от кого не пахло навозом.

Справедливости ради надо сказать, что внутри большой автомобиль Григория был очень удобным. Когда мы с Юлей расположились на заднем сиденье, она попросила включить кондиционер: на улице было жарко.

– Волнуешься? – спросил я.

– Не хочу вспотеть: испорчу первое впечатление.

Я согласился:

– Если унюхает, конец! Вряд ли уважающий себя англичанин позволит сыну жениться на потной женщине.

– Я бы не позволил, – подтвердил Григорий, поворачивая на Ленинградское шоссе. – Думал как-то в фитнес-клуб записаться. Дошел до раздевалки – понял: не мое!

Я предположил, что причиной разворота был не запах, а беспросветная лень: физическая активность Григория редко выходила за рамки управления персонажами компьютерной игры при помощи кликов на мышь и клавиатуру.

– Пальцы тоже тренировать надо, – засмеялся он.

– Пусть кондиционер включат, – съязвила Юля. – Сколько раз просить можно?

– Забыл сказать: основной кондиционер не работает.

– Есть дополнительные? – удивилась она.

– Четыре штуки, у каждого сиденья! – подмигнул в зеркало заднего вида Григорий.

Юля щелкнула ему по затылку, после чего открыла окно – в машину вошел густой поток жаркого воздуха и выхлопных газов. Ленинградка была забита: машины ползли со скоростью двадцать километров в час.

– Еще минут десять – спина будет насквозь мокрой, – обреченно прошептала она.

– Думаешь, захочет обнять? – спросил я. – Англичане вроде народ сдержанный.

– Наверняка обнимет, – пообещал Григорий. – Поцелует даже. Мужик в возрасте, зачем упускать шанс?

Получив еще один подзатыльник, он повернулся к Юле:

– Не волнуйся! Когда пробка рассосется, наберем скорость и быстро просохнем.

– Нас обнимать не будет? – уточнил я на всякий случай.

Григорий был уверен, что от мужчин потребуется только рукопожатие не потной рукой, а для таких случаев у него всегда есть салфетки.

Юля немного успокоилась и, пока мы плелись в пробке, рассказала давно обещанную историю о том, как познакомились родители Макса.

Его папу, как я уже упоминал, звали Роберт. Он был университетским профессором, специализировался на русской литературе девятнадцатого века. А маму звали Наташа или, если полностью, Наталья Андреевна.