Нулевой год

Солнце, гораздо более крупное, чем я привык видеть, и гораздо более белое, уже прилично поднялось над горизонтом, а из-за кромки гор выглядывало второе солнце – красное, и совершенно невероятных, исполинских размеров.

– Что там? – озабоченно воскликнула Марина.

– Э… ну…

– Леха? – поинтересовался дядя.

– Там два солнца… – нашел в себе силы ответить я.

Глава 3. В руинах

– Этого не может быть! – решительно заявил отец Илья.

– Это еще почему? – поинтересовался участковый.

– Потому как богопротивно!

– Вот за что я тебя уважаю, так это за железную логику, – усмехнулся капитан.

– Чисто теоретически возможно видеть два светила, – вставил свое слово Миша. – Но для этого необходимо находиться в планетарной системе с двойной звездой! Но мы-то на Земле! Никто же ночью "Некрономикон" не читал?

Я, слушая перепалку в пол-уха, лихорадочно тыкая пальцем в дисплей телефона, пытаясь хоть куда-нибудь позвонить. Но связи не было. Я поднимал мобилу и выше, и ниже, двигал ее и правее, и левее, но результат был все тот же.

Вытерев со лба пот – начало припекать – я слез на землю.

Дядя, почесывая за ухом своим телефоном, щелкал переключателем радиостанции в УАЗике, но тоже безуспешно. Динамики выдавали только шум статистических помех и ничего кроме.

– Так, Алексей, – задумчиво произнес полковник. – Бери Семенова и вали с ним в город. Сообщишь там в МЧС, пусть присылают кого-нибудь… ну, скорую, там…

– И пожарных, – добавил я.

– Пожарных?

– Да, – кивнул я.

 – По меньшей мере один дом горит.

– Твою мать! – выругался военный. – Тогда поторопись! И возьми мою машину – у нее проходимость лучше.

– Я тоже поеду! – воскликнула Марина.

– Нет, дочка, – покачал головой полковник. – Там могут быть пострадавшие. Хоть один почти врач им не помешает.

– Тогда – я! – щелкнул пальцами астроном.

– Да на здоровье!

Дядя с попом, вооружившись топорами и ведрами, шлепая по лужам, поспешили на тушение пожара. Марина, захватив с собой аптечку, последовала за ними.

Я же, скользя по грязи, открыл ворота и выгнал УАЗик на улицу. Деревня была похожа на потревоженный муравейник – все бегали, суетились, что-то кричали, но, по большей части – совершенно бестолку, лишь подогревая панику. Полковник, гремя топором по ведру, призывал людей к порядку, а священник крестился направо и налево, оказывая моральную поддержку.

Я уже собирался утопить гашетку, как мне в голову пришла дельная мысль.