Блуждающие в ночи

Когда подходила к магазину, навстречу попался высокий широкоплечий мужчина, лицо которого показалось ей смутно знакомым. Девушка почти не удивилась, увидев, уже на выходе из магазина, что незнакомец ждет ее на улице около черного джипа. Несмотря на легкий морозец, неизвестный был без куртки и шапки, но, похоже, совсем не мерз.

– Ради бога, извините за беспокойство, – улыбка была открытая, добродушная, но ее обладатель нервничал. – Вы меня помните?

Таня внимательно посмотрела в лицо – прямой, немного утолщенный нос, темно-серые глаза.

– Нет, не могу вспомнить. А мы знакомы?

– В некотором смысле, да. – Мужчина смущенно усмехнулся. – Меня, вообще-то, Олегом зовут. Несколько лет назад я, так сказать, ссудил у вас сто рублей. Вот, встретил – решил отдать. Долг, как в народе говорят, платежом красен.

Он показал зажатую в пальцах правой руки пятисотрублевку:

– Возвращаю с учетом инфляции и с процентами.

Элегантный красавец в темно-коричневом пиджаке из тонкой кожи, очень похожий на ее любимого Брэда Питта, и бедно одетый, вызывающий жалость попрошайка – разница впечатляла.

– Да, понимаю, видок у меня в то время был… слегка помятый. – Олег произвел быстрое движение ладонью и засунул купюру в боковой карман Таниной куртки. – Не отказывайтесь.

Он придержал руку Тани, не давая поднести ее к карману:

– Мне ваши деньги вторую жизнь подарили, если высоким штилем выразиться.

Таня в недоумении молчала, и Олег воспринял такое поведение, как приглашение к разговору:

– Взял я тогда ваши сто рублей – и в магазин за бутылкой. А там, у продавщицы, телевизор включен, показывают предвыборный ролик кандидата в депутаты областной думы. Смотрю и глазам своим не верю: кандидат – мой сослуживец, Гришка, с которым мы в Чечне в одну переделку попали.

– Вы рассказывайте. – Таня кивнула. Мужчина заметно нервничал, и его волнение почему-то передалось ей. – Я слушаю.

– Я коротко. Так получилось, что я Гришу тогда своим телом прикрыл. Его тоже ранило, но в руку, легко, меня же осколками посекло, да еще контузило. Он месяц пролечился, дослужил и демобилизовался, а я больше года по госпиталям кувыркался.