Бог пива

Потом мне, не без помощи Росомахи, удалось выбить головой дверь и выкатиться на свежий воздух.

Ко мне вышли Гарик и Красноносый. Общими усилиями нам удалось переместить мое тело с земли на скамейку за трактиром. Красноносый повздыхал о поломанной мебели, потрепал меня по плечу и ушел наводить порядок в разгромленном помещении. Гарик остался сидеть рядом, одной рукой творя надо мной лечебные пассы, а другой прикладывая чем-то смоченный платок к своему подбитому глазу.

Скоро мне стало настолько лучше, что я нашел силы спросить:

– А тебя-то за что?

– Тебе виднее, – сказал Гарик.

 – Это столом.

– Ага, – сказал я. – О как… Извини.

Я осторожно ощупал голову. Голова была цела.

– Давай я волосы на твоей плеши выращу, – предложил Гарик.

– Далась вам моя плешь, – проворчал я, – оставьте мою плешь в покое.

– Да мне-то все равно, меня Елена просила.

– Меня тоже просила. Перебьется.

Мы посидели молча. Было еще совсем светло, но на небо уже выползла бледная круглая луна.

Начался предзакатный ветер, и в темнеющем перед нами лесу зашевелились сумрачные тени. В заведении Красноносого зажглись светильники. Светильников со скамейки видно не было, но их мягкие блики играли на синих окнах трактира. Ранняя ночная бабочка бестолково билась в стекло рядом с распахнутой форточкой. Гарик спрятал платок, достал флейту, но играть не стал.

– Что будешь делать? – спросил он.

– Не знаю. То же, что и раньше. Что тут можно сделать?

– Ага, и будет то же, что и сейчас, – хмыкнул Гарик.

 – Не навоевался еще?

– Никогда не был силен в кулачных разборках!

– А в магических – силен?

– Не знаю, – признался я, – не пробовал.

– Ты меня извини, конечно, но все это детский лепет, – вздохнул Гарик. – Если ты пошлешь Росомахе вызов, то Верховный законопатит тебя в Ямы – он давно ищет повод. Победить же в поединке с богом войны у тебя нет ни одного шанса.

– Это мы еще поглядим…

– Хочешь помочь Галпу выиграть пари?

– Чихал я и на него, и на его пари.

– Хорошо, допустим, будет поединок и ты одолеешь. Тогда тебе придется Ларса убить. Ты умеешь убивать?

– Зачем сразу убивать? – возразил я. – Уж как-нибудь без этого обойдусь. Всю жизнь обходился и начинать не намерен. Выкручусь как-нибудь.

– Закон Одного, – терпеливо сказал Гарик. – В случае божественного поединка выживает только…

– Да знаю, знаю! – перебил я раздраженно.