Скиталец. Неугомонный

Правда, справедливости ради, когда заработали вентиляторы на потолке, стало не в пример легче. Сравнительно недавнее изобретение, получившее распространение в первую очередь именно в жарких колониальных владениях.

– Здравствуйте, Алина Витальевна, – поздоровался он с канцелярской служащей, опустившейся на стул по ту сторону стойки.

– Здравствуйте, Борис Николаевич. Как поживаете? – из вежливости поинтересовалась девушка.

При этом она лишь мельком взглянула на него, сосредоточившись на поисках каких-то бумаг в одном из ящиков на краю стола.

Не сказать, что Борис был здесь частым гостем, но у них с Алиной Витальевной сложились чуть ли не приятельские отношения. Вышло это как-то само собой. Бывает такое, что с первого взгляда человек вызывает симпатию. При этом ни о чем ином, кроме вежливого обмена парой фраз при встрече, речи не шло.

– До недавнего времени я был практически счастлив, – наигранно вздохнув, произнес Измайлов.

– Я слышала о надуманных обвинениях. Павел Максимович был буквально взбешен. Не удивлюсь, если «Кентена» покинет рейд Вольвика в самое ближайшее время. Поговаривают, что господин де Линь пользуется покровительством самого военного министра Франции. Но международный скандал ему точно не спустят с рук. А с нашим Павлом Максимовичем это может получиться очень даже просто.

– Паспорт смотреть не будете? – искренне удивился Борис.

– Я вас умоляю. Какой паспорт, ведь я же его вам и выписывала, – мило улыбнувшись, возразила девушка.

Борис обмакнул перо в чернильницу, поставил подпись и присыпал песком, который затем стряхнул в желобок стойки.

– Прошу.

– Ага. А вот это ваше, – протянула она ему объемную бандероль и конверт.

– Чем я могу вас отблагодарить, Алина Витальевна? Может, чашечка кофе в бистро «У Поля»?

– Думаю, простого спасибо будет более чем достаточно, – и вновь милая улыбка.

– Спасибо, Алина Витальевна, – прижав руки к сердцу и бросив на девушку отчаянный взгляд, с придыханием произнес он.

– Идите уж, воздыхатель.

– До встречи, – погрозив ей пальцем, нарочито многозначительным тоном произнес он.

Выйдя из канцелярии, Борис взвесил в руках бандероль и направился в кабинет консула.