Вепрь. Лютый зверь

Ему, конечно, по голове прилетало уже не раз, но все же удалось не заболеть на эту столь важную часть человеческого тела.

– И что дальше, служивый? – Видя, что его перестали держать на прицеле, Виктор спустил курок на предохранительный взвод и забросил ремень на плечо.

– Да-а, задал ты нам задачку. Нет чтобы татем оказаться… Сейчас как положено стрельнули бы – и вся недолга. А теперь разбираться надо.

– Ага, да еще и в начале патрулирования.

– А ты почем знаешь, что в начале?

– Утро и от града недалече.

– И то верно. Ладно, садись на свою конягу – и поехали в приказ. Пусть там разбираются, кто ты есть. – Вообще-то называть боевого коня «конягой» драгуну не пристало, ну да бог с ним.

Когда они уже неспешно пылили по дороге, Виктор спросил:

– А чего вы всполошились? Донес кто?

– Нет. Мы сами выстрелы услыхали. Ты прости меня, мил человек, коли обижу, но личико у тебя распахано – любо-дорого смотреть. Вот так взглянешь, и сразу казнь на лобном месте мерещится.

– Гадаешь, не тать ли я часом?

– Было поначалу, пока вплотную не подошел. С ожогом непонятно, но сабельный удар от работы мастера заплечных дел я отличу.

– С ожогом тоже все просто. Я владел постоялым двором на полпути от Звонграда до Обережной. Места знакомые? Вижу, что знакомые. Так вот, когда гульды пришли, мое подворье пожгли, а семью извели.

– Ладно, чего время терять зря… Дорогу-то знаешь? – ни с того ни с сего спросил капрал.

– Это куда?

– А куда тебе надо.

Старший патруля осадил коня, развернулся и порысил в противоположную сторону, взмахом велев остальным двигать за ним. Драгуны молча выполнили приказ, хотя на их лицах застыло недоумение.

– Ворон, а что это было? – не выдержав, спросил капрала один из солдат, весь вид которого говорил о том, что отслужил он ничуть не меньше своего начальника.

– Так мы же вместе были в гостях у Крюкова, когда он с войны возвернулся и застолье устроил.

– Знамо дело вместе. Славно погуляли, – довольно улыбнулся драгун.

– А помнишь, что он сказывал про осаду крепости? Помнишь, как он говорил о трактирщике, который устроил гульдам кровавую баню?

– Да что-то такое вроде припоминаю… Больно много выпито было.

– Стало быть, про то, что того трактирщика изуродовали до звериного обличия, ты не помнишь.

– Хм… Вот про какого-то урода с пожженным лицом помню.