Шелест. Экспедитор

А если мест окажется два, так и вовсе джек-пот получается.

Я уже заканчивал одеваться, когда в дверь постучали, а из-за неё послышался голосок Дуняши, служанки великой княжны:

– Сударь, Мария Ивановна просит вас к завтраку.

– Иду, – громко ответил я.

Долгорукова предпочла остановиться со мной в гостинице, хотя подруга, боярышня Астафьева, и её родители настаивали на том, чтобы та поселилась в боярской усадьбе. Однако Мария пожелала сохранить для всех инкогнито, назвавшись просто однокашницей по кадетскому корпусу.

– Доброе утро, Пётр, – приветствовала меня великая княжна.

– Доброе утро, Мария Ивановна, – присаживаясь напротив неё, поздоровался я.

Инкогнито так инкогнито, поэтому я не титуловал её, ограничившись именем-отчеством, как, впрочем, и новые компаньоны, боевые холопы и слуги.

– Пётр, это будет выглядеть по меньшей мере странно, если я буду называть тебя по имени, а ты меня по батюшке, – заметила она.

– А это ваши трудности, Мария Ивановна, не я ведь хочу сохранить инкогнито.

– Не желаешь, чтобы другие знали, что я считаю тебя другом?

– Мне без разницы, кем вы меня считаете, я тот, кто я есть, и вы можете во многом полагаться на меня.

– Но не во всём? – склонив головку набок, уточнила она.

– Не во всём, – подтвердил я.

– Поэтому ты не желаешь быть моим другом?

– Это всего лишь одна из причин, – возразил я.

Ну вот сколько можно одно и то же и про то же. Упёртая девица, не отнять.

– Ох и упрямый ты.

– Чья бы корова мычала, Мария Ивановна.

– И дерзкий.

– Прошу прощения, ваше…

– Стоп! Я всё поняла, Пётр Анисимович, – выставив руку в останавливающем жесте, поспешно перебила она меня.

– Приятного аппетита, Мария Ивановна.

– Приятного аппетита, Пётр Анисимович, – с язвинкой пожелала мне великая княжна.

Трактир при гостинице небольшой, рассчитан только на постояльцев, а потому посторонних тут нет, что, признаться, радовало. Хм. И судя по запахам, высокая цена за постой того стоила, потому как готовить тут умели. Убеждаясь в этом, я отправил в рот первую ложку каши, буквально растаявшую на языке.

– Боярин Астафьев сегодня даёт бал, и мы в списке приглашённых.