Росич. Мы наш, мы новый…

Но в любом случае выходит, что ты тут старшим на хозяйстве остаешься.

– Чего я-то сразу? На заводе есть свое начальство, в НИИ тоже есть кому заниматься, в банке вообще акула сидит. Я тут при чем? Мое дело – сторона, только безопасность.

– А я тебе и не предлагаю влезать в научные разработки или заниматься производством и денежными потоками, но вот догляд за всем этим нужен строжайший. Знаешь, как бывает: кот из дому – мыши в пляс. Тут из трех котов никого не остается.

– Я, стало быть, тоже из мышей?

– Давай откровенно, Андрей.

Если кто захочет прибрать к рукам все наше хозяйство, то сейчас самый удобный момент. Учредители как с цепи сорвались – умчались воевать, жены вообще не в курсе дел концерна, так что если ты захочешь все прибрать к рукам, то у тебя для этого есть все шансы. Если останешься верен своему слову – нет шансов ни у кого.

– Ага-а, стало быть, от меня все зависит, – озорно улыбнулся бывший воровской авторитет.

– От тебя, – не поддержав озорства, серьезно подтвердил Песчанин.

– Опять? – Варлам иронично взглянул на Антона и ухмыльнулся. – Вот ей-ей, чудные вы. Я ведь говорил как-то, с недоверия начинать надо. Значит, так, Антон Сергеевич, вы эти мысли оставьте, пустое. Я себе цену сложил еще тогда, когда пошел к вам, а за то время, что работаю с вами, только утвердился в этом. Не получится у меня быть первым: все по миру пущу и себя потеряю, сдерживать меня нужно. Вот вторым – да, это я могу хорошо, и тех, за кем я пойду, я уже давно нашел. Так что забудьте. Если здесь что будет не так, то это может быть моя ошибка, а может, меня уже не будет, – только в спину вам я не ударю.

– Здравствуйте, Виктор Михайлович.

– Здравствуйте, Антон Сергеевич. – Крепкий мужчина встретил его с радостной улыбкой прямо на причале.

Было чему радоваться: он ведь полгода не видел своих, это было первое судно в этой навигации, а стало быть, с ним прибыла и почта. Вот уже несколько месяцев он ничего не знал о своих, оставшихся во Владивостоке, поэтому хотя улыбка и была радостной, но во всем его облике угадывалось и нешуточное волнение.

– Все нормально, – тут же поспешил успокоить старпома Антон. – Ваши все живы, здоровы, детки подрастают. Я привез целую пачку писем и фотографий.

– Благодарю. – Теперь его улыбка была целиком и полностью радостной, без каких-либо оговорок. Он принял весьма объемный пакет из рук начальника, но вскрывать его не стал. – Потом посмотрю, раз уж все в порядке, то час-другой погоды не сделает.