Кукловод. Кавказец

Впрочем, Шейранов понял это уже давно. Но, признаться, привык воспринимать его как-то однобоко. Ведь тот отрабатывал с Темляковым только несколько приемов, потому и позабылось, что в арсенале Александра припрятано еще много чего интересного. И тем не менее одна схватка осталась за Сергеем, а учитывая, кто был его соперником, результат не столь уж и плачевный.

– А ведь однажды ты меня приласкал моим же приемом, – глубоко дыша, констатировал Сергей.

– Было дело, ваш бродь, – вздымая высокую грудь, согласился Пархоменко.

 – Да только у казаков как-то не принято от хорошего отказываться. Ты погляди, сколь мы от горских народов переняли, и только самое лучшее. Так отчего же отказываться от полезного, если вы его смогли преподнести? Опять же я сейчас с кумом отрабатываю эти приемы, а там, глядишь, начнем станичников обучать.

– А дальше весь полк и по всей кавказской линии?

– С чего это нам такими глупостями заниматься? Своих обучить – святое дело. А далее нечего наукой разбрасываться. И вы не пытайтесь, ваш бродь, – тут же вскинулся казак.

– Отчего так-то?

– А сами посудите. Кабы вы меня приемам своим не обучили, то я бы тот раз у вас не выиграл бы. А в бою это жизнь или смерть. Вот и выходит, что коль вам ведомо то, чего не знают другие, то выжить у вас куда сподручнее получится.

– А чего же меня начал учить?

– Так ить вы никаких моих секретных приемов не выспрашивали. Попросили обучить шашку держать в руках, а тут ничегошеньки тайного и нет. Только скорость и ловкость. А вот если к этому присовокупить ваши подходцы, то получается просто загляденье.

Так что по-хорошему это не вы мне платить должны были, а я вам приплатить.

– Хочешь расплатиться? Не тушуйся, братец. Это я пошутил. Ладно, давай на сегодня заканчивать.

– Кхм. Сергей Григорьевич, ты это, прости уж меня, но мне через неделю на полевую службу выходить. Надо бы дома все дела в порядок привести.

– Ясно. Тренироваться, значит, больше не сможем. А кум твой?

– Так ведь кум мой сверстник, вместе и уходим на четыре года.

– И что, так никого не присоветуешь? Ведь только заладилось.

– Пришлю племяша. Ему еще год сиденочную повинность отбывать. Вы не сомневайтесь, племяш мне, почитай, ни в чем не уступит. Опять же мы с кумом и его с собой на выгон брали, так что и с вашими приемами он знаком.

Казаки – служивое сословие. Признаться, Шейранов слабо себе представлял, как была устроена их жизнь, хотя и порядком прожил в городе, которому дала начало казачья станица.