Поездка в Элисий

Поигрывая гантелями, Вадим Анатольевич не спеша дошел до калитки и отпер ее. Лес за забором был тих и таинственен. Вадим Анатольевич вышел за забор и, пружиня коленями, пошел по похрустывающей опавшей листве и хвое, постепенно убыстряясь. Скоро он уже бежал между елями плавным, стелющимся аллюром, время от времени ныряя под низкие ветви, с гантелями в руках. Бежать ему предстояло восемь километров.

Вадим Анатольевич совершал свои ежедневные утренние пробежки по лесу вот уже около пяти лет. Пять лет назад он переехал сюда, за Шатуру, почти на границу Московской области, в маленький поселок из сорока с гаком домов с интересным названием "Пыжи".

Но – вышел на пенсию, продал однокомнатную квартиру в Орехово-Борисово, и купил одноэтажный рубленый дом, то есть сруб.

– Леса там необъятные… – с энтузиазмом объясняла Вадиму Анатольевичу романтически, похоже, настроенная агентесса по недвижимости. Она развела руками, показывая, какие леса.

– Да ну? – сказал Вадим Анатольевич.

– Я уверена, – подтвердила агент, – и если бы не работа, то я сама там с удовольствием поселилась бы! – с внезапным воодушевлением воскликнула она, как бы удивляясь и одновременно радуясь этому неожиданно посетившему ее озарению. Однако тут же почему-то устыдилась его, отвела взгляд и сухо закончила:

– И, тем более, все равно лучшего за эту сумму вам не найти. Зачем вы раздали так много денег школам и детским садам?

Да, Вадим Анатольевич действительно совершил этот странный в наше время поступок.

– Зачем? Детей люблю, – объяснил он.

После этого лаконичного ответа Вадим Анатольевич и агентесса ударили по рукам.

Поселок Пыжи оказался равноудаленным на приличное число километров от всех ближайших населенных пунктов. Километра на три от железнодорожной станции, и верст на тридцать от самой Шатуры.

Дома были деревянные, большей частью одноэтажные, рубленые, как и дом, который приобрел Вадим Анатольевич. Располагались они вдоль единственной улицы поселка. Также был магазин, укомплектованный рыжей, толстой, астигматичной, неопределенного возраста особой с аристократическим именем Анжелика. Был клуб, расписанный местной молодежью в монохромной авангардистской манере и украшенный переведенными на латиницу народными идиомами.