Летучий голландец, или Эрос путешествий

Их можно условно разделить на два вида: занудно ностальгические и трогательно иронические. Первые особенно распространены на наших родимых просторах: их создатели абсолютно всерьёз сублимируют свою тоску по советским будням. По скрипучим мясорубкам, на тупые ножи которых каждые три минуты наматывался шмот мяса: не раскрутишь – не продвинешься ни на сантиметр фарша. По магнитофону Aidas, который в процессе прослушивания одной стороны бобины раз пять порвёт плёнку, и её придётся склеивать едкой уксусной эссенцией, больно разъедающей пальцы.

Ну, и так далее. Вторые крайне редки: в России видел один такой – «Музей советского детства» в Казани. Там тоже ностальгия присутствует, но не надрывная, а трогательно-нежная – именно что по детским годам с глупомордыми пластмассовыми пупсами, крикливыми пионерскими горнами, потрескавшейся гитарой-шестистрункой, особенно классно звучавшей в «блатном» репертуаре твоего соседнего подъезда.

В таких музеях тебя накрывает грустная любовь – нет, не к эпохе, а к этому ушедшему и невозвратимому: к детству, отрочеству, юности – как сказал бы классик.

Музей школы Пусоль – как раз об этом: с любовью и нежной иронией в нём тебе расскажут о том, как бабушки нынешних учениц были девочками.

Встретили нас две девочки лет 12. Это были дежурные экскурсоводы. «Каждый день они тут новые, – пояснила мне Беата, – все классы, кроме самых малышей, по музею дежурят. Дети знают, как деревня жила во времена их бабушек и дедушек». Девчушки что-то быстро лопотали, охотно позируя перед фотокамерой за партами и у доски «из глубокой старины» 90-х годов прошлого века.

А потом им на помощь пришла Кармен! Вообще-то её звали Мариан, и она была главным музейным экскурсоводом, но, если бы я снимал фильм о Кармен (не по опере Бизе, а по новелле Мериме), то, несомненно, приехал бы к Мариан в Пусоль с официальным предложением главной роли. Потому что пронзительно хрупкая и обаятельно экспансивная Мариан явила мне образ испанской женственности и страстности.

В её рассказе о музейных экспонатах – от ткацких станков и линотипов до коллекции некогда модных шляпок – присутствовало не только знание каждого предмета, но и артистизмом воплощения в того самого человека из «глубин» прошлого, в которых ей, в силу молодости, жить не довелось.

А за столиком сапожника Мариан продемонстрировала нам экспресс мастер-класс по пошиву традиционных валенсийских башмаков – альпаргат.