Кладбище условных единиц. Кредитная история в виде фарса

А эта, якобы владелица фитнесс-центра, в свободное от основного бизнеса время работает простой продавщицей в универсаме! – резким движением он снял пальто.

– Мало ли в жизни совпадений? – усмехнулась Мария. – Ты эту Григорович видел один раз, а в универсаме встретил очень похожую женщину.

– Это она, – Иван продолжал смотреть сквозь жену.

– Ты что, влюбился в неё что ли? – попыталась пошутить жена. – На работе – Эльза Григорович! Дома – об Эльзе Григорович! А теперь ты ей свидания в магазине назначаешь?

– Это она стояла за прилавком! – упёрся Иван.

– А я уж подумала, что Эльза ходила по подиуму, и ты любовался её длинными ногами, – Мария, как ни в чём не бывало, проследовала в комнату.

– Даже голос её… – Иван прошёл вслед за женой.

– Так Вы ещё мило побеседовали? – речь Марии полилась, как вода из лейки.

– Мы не беседовали. Она мне буженину предложила…

– И где эта буженина?

– Перестань издеваться!

– Какое издевательство? Я бы с удовольствием съела за завтраком бутерброд с буженинкой.

– Маша, почему ты не хочешь понять всей сложности моей ситуации?

– Продавщица, похожая на клиентку банка, предложила покупателю буженину! – театрально воскликнула Мария. – Ситуация, сложнее не придумаешь!

– Это была Эльза.

– А ты бы спросил эту Эльзу, что она сама думает о таком странном сочетании видов деятельности?

– Не спросил, – признался Иван.

– Почему? – с материнским участием поинтересовалась жена.

– Она там не Григорович.

– Ваня, ты что заболел? – супруга подошла к мужу и заботливо потрогала его лоб. – Здесь Григорович, там не Григорович. И, наверное, не Эльза, а Эдвард, переодетый мужчина, трансвестит!

– У нас в банке она получила кредит, как Григорович, а в супермаркете у неё на бейдже написано: Скокова Екатерина Леонидовна.

– Екатерина Леонидовна? Ваня, ты устал, тебе надо отдохнуть. Отдохнёшь, и тебе перестанут мерещиться в магазинах, на бензоколонках или ещё где-либо Эльзы Григорович.

– Но это было она! Я не обознался! – досадуя больше на самого себя, закричал Иван.

– И она тебя, конечно, тоже узнала? – продолжала иронизировать Маша.

– Узнала, но, естественно, не признала, – грустно усмехнулся Жуков.

– А она, вообще, красивая? А, Ваня! В твоём вкусе?

– Нет, не в моём! Ты же видела её фото…

– Ваня! – Мария олицетворяла само спокойствие.