Кому ты нужен

Так что эту тему в его историях всегда приходилось преодолевать на силе воли и на окриках.

– Лёхе нравилось планировать походы чуть ли не больше, чем ходить в них. Как развернём мы карту: вот точка старта, вот родник, вот первый привал. И мы возьмём две банки рыбных консервов…

– Леонтий!

– В тот раз мы запланировали недельный переход по зимней Ладоге. У нас обоих был отпуск. Жене я про отпуск говорить не стал: она предложила бы найти какую-нибудь подработку, чтобы я не валялся на диване. За месяц, если не больше, мы стали планировать поход.

Что возьмём из одежды? Какая обувь? Спальники? Как будем греться в палатке? Как сушить одежду? Сколько взять консервов?

Леонтий заметил, как строго на него все смотрят, и, не останавливаясь подробно на питании, продолжил.

– За три дня до выхода Лёха заболел.

– Коронавирус? – спросил Станислав.

– Да, но тогда ещё его называли по-старому: простуда. Заболел, значит. Что делать? Отказываться от похода? Но мы всё уже спланировали. Всё закупили. Всё дома у Лёхи складировано.

Отказываться и обрекать себя на неделю в аду? Я на это не мог пойти. Взять кого-то неподготовленного в такой поход – убийство. Посоветовавшись с Лёхой, я решился идти один. Стартовать мы планировали от посёлка Питкяранта, затем идти мимо Валаама, не заходя на остров, далее с направлением на Приозёрск и оттуда электричкой до Ленинграда.

– Когда ж это было? При Советах? – спросил Станислав.

– Нет, четыре года тому назад, – сказал Леонтий.

– Тогда надо говорить: «Электричкой до Санкт-Петербурга», – уточнил Станислав.

Леонтий только отмахнулся.

– Леонтий, помнишь, ты собирался рассказать историю, как ты с женой познакомился? – напомнил Марсель.

– Это она и есть. Не смог я отказаться от этого так тщательно спланированного и обдуманного перехода. Взял свою часть припасов, которые, как и снаряжение, хранились у Лёхи, и поехал на Ладогу. Сначала всё было хорошо: в первый день я прошёл двенадцать километров и сделал привал в запланированной точке.

– Леонтий, побойся Бога. Меня раньше выпишут, чем ты закончишь, – снова поторопил Станислав.

– А на третий день я провалился под воду, – внезапно ускорился Леонтий.

– Как это? – удивился Николай.

– Так. С головой.

– А какая же была температура?

– Примерно минус двенадцать и ветер метров пять. Такой себе заметный ветер, и очень заметный морозец.

– Как же ты выжил?

– Захотел – и выжил.

– Заливай больше, – недоверчиво сказал Марсель.