Тайна старого городища

Но сейчас, поглощая царившую тут тишину, Алексей Леонидович Воронов наслаждался и предвкушал отдых, добродушно посмеиваясь над теми чудаками, которые летят в поисках рая земного куда-нибудь на Сейшелы или в Доминикану.

Откуда там рай!

Он выглянул в окно и окинул взглядом вершины деревьев, окружавших дом. Вот он – рай! Пей ведрами!

Улыбнувшись, Воронов вернулся к спящей Ирме, которой он был обязан этим счастьем таежной безмятежности, и поцеловал ее.

Когда-то у них был роман настолько бурный, что дело шло к свадьбе.

Но так случилось, что однажды все-таки пришлось «сдвигать», из-за чего они и расстались.

Они почти полгода собирались на Корсику, чтобы отдохнуть там только вдвоем. Нашли крохотный пансионат, который держала семья украинцев, обещавшая сделать их отдых «гарным, як николы», и, судя по тому, что они рассказывали и показывали на видео, все это было вполне реально.

За три недели до вылета Воронову пришлось срочно лететь в Новосибирск по делам на «пару дней». Этот срок называл заказчик, это подтверждал хозяин фирмы, в которой он тогда работал. В это верил и сам Воронов, но дела повернулись иначе, и он вернулся в Москву только за неделю до вылета с незавершенными делами.

Тут выяснилось, что Ирме тоже надо улететь «на денек», а потом, когда она там «зависла», ему снова пришлось лететь в Новосибирск. Туда Ирма и позвонила, чтобы беззаботным тоном сказать, что она летит, потому что «просто глупо разбрасываться деньгами и терять такой вариант с хорошими хозяевами». Воронов что-то промычал – или прорычал, – и Ирма улетела.

В общем, когда он вернулся, в его квартире уже не было даже запахов ее парфюма. Все выветрилось…

Возможно, она вспоминала его точно так же, как и он ее, но никто из них не беспокоил другого довольно долго.

Собственно, до того самого момента, с которого начинается рассказ.

Последняя неделя была у Воронова дерганой, будто и не было впереди отпуска.

И, удивительно, на работе не было никаких проблем, потому что он, верный уже выработанной привычке, давно работал по своему собственному графику и других заставлял работать точно так же.