Гастролеры, или Возвращение Остапа

– Нет, драться мы будем на напильниках! – твёрдо заявил экс-музыкант, решивший кровью смыть с себя моральные увечья, нанесённые вторгшимся в компанию самозванцем.

– На напильниках я отказываюсь! – торжественно отказался от поединка Жульдя-Бандя, не преминув пояснить: – Дуэль – это, конечно, самый достойный выход из жизни, но мне импонирует быть трусом, нежели покойником. – В нём проснулся философ, и на фундаменте первого афоризма он тут же воздвиг следующий: – Лучше быть трусом в глазах общественности, чем идиотом в собственных!

– Так, никаких дуэлей! – Марина замахала «крыльями», не понимая – в шутку это или всерьёз.

– Александр-первый! – Жульдя-Бандя обратился к последнему с пафосом, будто перед ним не холоп, а император. – Я искренне сожалею о нанесённых вам моральных увечьях, – он свободной от рюмки рукой указал на объект своей патетической речи. – Я прошу прощения и предлагаю выпить за храбрых доблестных рыцарей и отважных дуэлянтов!.

Глава 45. Вечеринка на даче отставного генерала подходит к концу

Кэтрин встала со скамейки, что указывало на то, что она намерена благовещать тост. Слава богу, она сидела посредине, а то заздравной вполне могла уступить место заупокойная:

– Мальчики, выпьем за то, чтобы наши желания совпадали с вашими возможностями!

– Водки нету, закончилась, – генеральская племянница демонстративно вылила последние капли из бутылки «Столичной» в собственную рюмку. – Остался только «сэм» из стратегических запасов моего дядюшки!

– А «спотыкач»? – Лена отправила вопросительный взор подруге, поскольку хоть и не любила наливку, но к самогону чувствами она тоже пока не воспылала.

– В прошлый раз допили, – Марина развела руками.

– Алкашки, после вас разве что-нибудь останется? – Сандро с деланной укоризной посмотрел почему-то только на толстушку Кэт.

– Чья бы корова мычала, – реабилитировалась та.

– Валяй! – Александр-второй одобрительно махнул рукой, хотя в естественной среде обитания, в городе, наверняка бы от «сэма» отказался…

…Застолье закончилось во втором часу ночи.

– Мальчики, слабо сделать девушке приятное? – пристыдила полногрудая Марина и стала мять её ожиревшие бёдра.

Низверженный артист, уже и позабывший о своём фиаско, отправился с ней в беседку, где дал сольный концерт.