Выживальщики 5. Спасённые

Раз уж на то пошло, может быть расскажешь, и как ты сюда попала?

– Да что тут рассказывать, – Матильда пожала плечами, – история моей жизни длинна и скучна. Я была молоденькой медсестрой в больнице. С амбициями выучиться на врача. Больница была престижная, много богатых лечилось. Туда было трудно устроиться, я только потом поняла, почему меня туда взяли. Даже не взяли, а позвали, когда я учиться ещё не закончила.

– И почему же? – заинтересовался Спас.

– Из-за внешности. Я была прехорошенькая. В былые времена…

– Да ты и сейчас, очень даже ничего! – сказал Спас, в ответ на что, она пнула его ногой, и попала как раз по больному месту, точнее одному из больных.

Теперь у Спаса на теле таких мест было множество. Он застонал.

– Прости, – спохватилась Матильда, – я не хотела.

– Да ничего, сам виноват, сказал бы что-то искреннее, не получил бы, а это прозвучало как издёвка, – повинился Спас.

– Молодец, всё понимаешь, иногда просто не верится, что тебе память отшибло. И как это так избирательно работает? – удивилась Матильда.

– Если бы знал, обязательно бы тебе сказал, но увы. Так что там дальше-то было? – спросил Спас.

– А дальше было как в книжке. Положили к нам молодого и богатого сынка какой-то шишки. Я ему очень понравилась. Ну, типа любовь и всё такое. Закрутилось всё, завертелось…. Я с работы ушла, он мне квартиру снял, жила там, он периодически наведывался. Потом я ему, похоже, надоела. Или другую нашёл. В общем, хотел меня приятелю своему передать…

– Как это передать? Ты что, вещь что ли? – удивился Спас.

– Как оказалось, для него – да. Но мне такой расклад не понравился, я хлопнула дверью и ушла. Пошла обратно на работу устраиваться, а меня не берут. Типа, уже бывшая в употреблении. А там только свежие медсестрички должны быть, – со вздохом сказала Матильда.

– На публичный дом похоже…

– Отчасти, так оно и было. Но больница на этом не зарабатывала, скорее, использовала для привлечения клиентов. Отовсюду вербовали красоток и на работу брали. А толстосумы периодически кого-нибудь с собой утаскивали.

– Но за это в тюрьму вроде не должны отправлять? – удивился Спас.

– А меня и не за это. Я же бузить начала. Заявилась к его родителям.