Шагая в вечность. Книга 2

Александр Евгеньевич смотрел на меня долгим пристальным взглядом. Решал… Я понимал, что это решение было тяжёлым. В конце концов, вся ответственность будет лежать на нём. Наконец, он произнёс:

– Хорошо. Если будет доброволец – инициируй его.

– Если позволите, Александр Евгеньевич, добровольцы, – букву «ы» я выделил.

– Хочешь рискнуть сразу несколькими людьми? А ты не… переоцениваешь свои возможности? И запас прочности? – слишком медленно, четко выговаривая каждое слово, сказал он.

Мне показалось, что Босс хотел употребить другое слово вместо «переоцениваешь», но воспитание не позволило.

– Если первый доброволец попадёт в категорию «отрицательных», то вряд ли у меня рука поднимется инициировать кого-нибудь ещё, – ответил я честно. – А нам нужно хотя бы трое для этой чертовой статистики. Что касается запаса прочности… Я справлюсь.

– Даже если будет три «отрицательных» вместо одного?

– Да.

Он смотрел на меня не отрываясь.

– А ты страшный человек, Данила… Ты, как историк, должен знать, что готовность сделать всё ради достижения цели, может завести совсем не туда…

– Я знаю, Александр Евгеньевич. И я готов рискнуть. Именно потому, что я историк.

И снова долгая пауза и сверление глазами. Я думал, он во мне сейчас натуральным образом дырку сделает.

– Хорошо, Данила. Трое. Только если они сами выразят полную готовность, на сто процентов осознавая все возможные последствия, при этом не должно быть ни капли давления.

– Понятно, Александр Евгеньевич, – ответил я. – Наверное, не стоит это на собрании объявлять? Лучше так… пустить слух?

– Нет уж, Данила. Соберёшь всех свободных и расскажешь, как есть. Причины и возможные последствия. Если уж ты готов рисковать собой и другими, то делай это в открытую.

– Нет.

– Тогда всё. Всем удачи! – сказал он.

Мы поднялись и пошли на выход.

– Не буду откладывать на завтра, объявлю, что сбор вечером, после ужина, для всех желающих и свободных от смен, – сказал я Олегу, когда мы начали спускаться по лестнице, а затем не смог удержаться от дурацкой шутки: – Хочешь братика, сынок?

– Я буду рад, если так выйдет, Данила, – ответил он серьёзно, не отвечая на шутку.