Жемчужина у моря

– Тебя как звать-то, герой?! Меня – Жанна.

– Стюардесса по имени Жанна?!

– Повариха! – с гордостью поправила несостоявшаяся стюардесса, намекая на то, что всякие возвышенные чувства разобьются вдребезги о пустой желудок.

– Вольдемар, – представился теперь уже бывший незнакомец, утративший инкогнито, что претит жизненному кредо странствующих ловеласов. Жанна напрочь забыла про мышь, как, впрочем, и та о ней, и попробовала даже шутить:

– У нас будет девочка.

– У вас! – благородно отказываясь от опеки в предстоящей старости в пользу матери, известил потенциальный папаша и как-то неестественно быстро засобирался, будто опасаясь быть пленённым с целью выполнения отцовских обязанностей.

– Как – ты отказываешься от девочки?! – с притворным удивлением, словно тот отказывался от Нобелевской премии, вопрошала потенциальная мамаша.

– Я до последней минуты буду помнить о вас! – торжественно пообещал молодой человек, направляясь к выходу.

– А сахар?! – удивлённо напомнила об основной цели его прихода ветреная труженица железнодорожной столовой.

– Пардон, – запротестовал обвиняемый, имея на сей счёт противоположную точку зрения, – неизвестно ещё, кто кого изнасиловал! Заманила, понимаешь, в подвал, надругалась в извращённой форме. Он водрузил на плечо трёхпудовый чувал с сахаром, направляясь к выходу.

– Всё равно тебе придётся на мне жениться! – с категоричностью, не принимающей возражения, накинув амбарный замок, заявила смазливая повариха, причём это сказано было настолько серьёзно, что попахивало шантажом третьей степени.

– Что-то вы слишком быстро управились, – встретила, не скрывая сарказма, рыжая кассирша, измученная любопытством по поводу десятиминутного отсутствия подруги с симпатичным незнакомцем.

– Мышь ловили.

– Вдвоём?! – кассирша хихикнула, растянув рот как минимум на треть больше номинального размера.

– Втроём, – соврала Жанна, указывая грузчику в правый угол, где уже покоился мешок с мукой.

Беззаботным козликом скатившись по лестнице, окрылённый столь удачным началом

черноморского вояжа, наш герой, игриво мотыляя дипломатом из крокодиловой кожи, утонул в людском муравейнике, пополнив статистическую единицу гостей города.

Он был сыт и доволен.