Книга Снов. Шамтеран 3

– Совсем не страшно, верно? – прошептала она. – Я просто хочу быть рядом. Как у тебя в замке. Как потом, на Сердце Мира. Ты ведь приходила ко мне, когда я горела, а могла не приходить. Но ты приходила и ухаживала…

Лас отодвинулась и склонила, опустила голову. Я свинья, подумала она. Как они меня ещё терпят?

– Вставай, – Вейс погладила её по запястью. – Всё в порядке. Какая-то морская свинка обещала мне массаж. Моим старым усталым косточкам.

– Если скажешь ещё раз «старые и усталые», я тебя побью, – Лас выпрямилась.

Слёз не было на её глазах, как не было и робости. Вейс улыбнулась во весь рот. – Так какие у тебя косточки?

– Старые и усталые!

Лас осталась быстрой, словно молния, реакция её не притупилась за прошедшие годы. Вейс не успела заметить, когда Лас схватила подушку, не успела и увернуться. Страшно подумать, что было бы, если бы то была не подушка – первый же удар опрокинул Вейс. Она попыталась схватить вторую подушку, но тщетно.

– Ты… у меня… забудешь… слово… «старость»! – Лас била по груди и спине.

Вейс хохотала, пыталась защититься – куда там!

Лас остановилась неожиданно. Стояла в шаге от кровати, пристально смотрела на Вейс, было видно – может продолжить «избиение» в любой момент.

– Что скажете, теаренти? Какие у вас косточки?

– Ста… – Вейс не успела закончить фразы. Теперь Лас била по-другому. Почти не больно, но обидно – сбивала дыхание, «давала пощёчины», опрокидывала на спину и бок самым неприличным образом. Это длилось минуты три.

Сотня ударов. Вейс знала – первый раз двадцать пять ударов, второй – сто, третий – пятьсот. О четвёртом лучше не думать.

– Какие у вас косточки? – вновь спросила Лас. Она даже не запыхалась, поразилась Вейс, которой хотелось заплакать – но нельзя, нельзя плакать, нельзя демонстрировать слабость! Эти слёзы – слабость и ничто более. Это в неё вбили надёжно. Вбили палками, плетью и позже – хлопушкой для мух. Хлопушкой было обиднее всего.

– Молодые, – Вейс с трудом уселась. Выдержала взгляд Лас.

Та медленно кивнула, так же медленно поклонилась и положила подушку. Вейс держала другую – так и не смогла взмахнуть ни разу. Но если попытаться сейчас ударить, после того, как признала свою неправоту…

Что сделает Лас, непонятно. Там, где Вейс учили манерам, прежде чем отдать на услужение семье Вантар, за подобное могли забить палками насмерть. Или отсечь вероломно поднятую руку. Или скормить акулам. Вейс обучали не одну, их там было две дюжины.