Одинокие

На круглом столе, что стоял посредине комнаты, застеленном ветхой засаленной скатертью, – полупустая бутылка водки.

– Добрый день, – начал с приветствия Яковлев.

– Добрый день, – эхом отозвался Клинкин.

– Клинкин, э-э…

– Да. Я – Клинкин, – повторил Клинкин еще раз, убеждая в этом уже не Яковлева, а самого себя.

– Живете, Клинкин, один? – спросил Яковлев, решив в данном случае именем-отчеством пренебречь.

– А-а? Нет, с женой. Она в отъезде.

– Давно? – Яковлев прищурился.

– Месяца два, – ответ прозвучал неуверенно.

– А точнее? А где она?

Мысль, что он напал на след серийного убийцы и маньяка, уже зародилась у Яковлева в уме, и он подумал: «Сейчас этот тип соврет!».

– Не знаю точно. За границей.

Ноздри Яковлева раздувались сами собой. (О, предвкушение удачи).

«Этот запах определенно о чем-то напоминает. Неприятный запашок, но, нет, не сортирный, – подумал Яковлев и, непроизвольно передергивая плечами, поморщился, – но все-таки ужасно мерзкий».

– А вы – кто?

– Как же так? – игнорируя вопрос, заданный ему, продолжал допытываться Ростислав Станиславович, – жена отсутствует, а вы – не беспокоитесь? Странно.

– Я беспокоюсь, – тихо отозвался Клинкин.

– А вы знаете, что произошло в квартире напротив? – Яковлев решил ударить в лоб. Он внимательно наблюдал за реакцией человека в майке, но упоминание о случае в соседней квартире, казалось, не произвело на того впечатление.

– Я очень сильно беспокоюсь. Я так её люблю.

– Кого? Веронику? Да? Любили? – с напором спросил Яковлев.

– Нину. Я очень люблю Нину. Она там одна, знаете ли.

– Кто это – Нина? И где она? Вы её зарыли?

– Нина? – переспросил Клинкин. – Я же сказал, она в Париже. Потом поедет на Кипр. Оттуда, кажется, в Афины. Впрочем, боюсь ошибиться. Я очень, очень беспокоюсь.

– А Вероника?

– Вероника? Кто она?

– А вы не знаете?

– Нет.

– Ваша профессия?

– Я… я… Я – врач, – запинаясь, будто стыдясь этого, выдавил из себя Клинкин.

«Врач! Вот! И знание анатомии.

Он вдруг обратил внимание на то, что по щекам Клинкина текут слезы.

«Определенно – псих. Неуравновешенный. Не владеющий собой. К тому же врач. Сейчас расколется», – решил Яковлев.

– Можно я выпью? – спросил Клинкин, шмыгнув носом.