Трещина

Корн попытался сделать шаг вперед, но, из-за травмы головы, повалился без чувств на землю.

Воцарилась тишина, лишь гул Трещины нарушал ее.

– Не надо было брать его с собой, – сказал через некоторое время, вытирая со лба пот, Абдей, – Он мог нас убить.

– Что теперь судить? – отдышавшись, ответил Феор, – Я его вырубил, и сейчас он безвреден.

– Думаю, нам лучше убить его, чтобы он за нами не последовал.

– Этого не случится. Впереди еще много шаров. У Корна не получится пройти сквозь них без Куба.

– Предлагаешь обыскать его?

– Давай я сам.

Феор опустился на землю возле Корна и стал шарить руками по его карманам.

– Да, где же он его держит? – стал про себя говорить он, – Тут нет, и тут. Ага! Вот! Нашел!

Феор немного подержал в руках гладкий металлический куб и бросил его в сторону Трещины.

– Теперь, если он заметит пропажу, то за нами не пойдет, – сказал он, – В противном случае, его разорвут шары.

– Мы едва не погибли, добывая ингредиенты для Кубов, а ты вот так просто его выбросил! – разгневался Абдей, – Зачем?

– У нас есть еще два, и мы почти у цели.

Корн издал слабый стон и зашевелился.

– Ладно, пошли, – дал команду Абдей, – Не хотелось бы быть тут, когда он очнется.

На друзьях были надеты одинаковые серые куртки со стальными нашивками на груди, животе и руках, а на плечах их курток была еще одна нашивка – знак Совета – треугольник. Мечи висели на поясах, а рядом с ними болтались длинные кинжалы с гравировкой Совета на лезвиях.

Из-за Кубов разрывающие шары расходились от них в стороны, не смея оставаться у них на пути. В груди Феора бешено билось сердце. Такое еще никому не удавалось провернуть. Они станут первыми людьми, вошедшими в столицу Нозинга после открытия Трещины и, возможно, найдут способ закрыть ее обратно, как это в древности сделали волшебники.

– Волнуешься? – спросил Абдей.

– Конечно, волнуюсь, – отвернувшись от него, сказал Феор, – Я совершенно не знаю, что ждет нас за стенами Визема.

– Уж точно не гостеприимные хозяева. Скорее всего, только их обглоданные скелеты.

– Лишь бы трехглазых там не было.

– Ворота города заперты. Стены высокие. Думаю, все трехглазые, которые были в нем, уже давно умерли от голода.

– Если ворота и все другие входы заперты, как же эти чудовища могли туда попасть?

– Может, они и не входили вовсе?

– Не знаю. Наверно, все было именно так.